Как я подозревал, коктейлям и винам жители Донкастера предпочитали ржаное виски и теплое пиво, как и сто лет назад. Я взял свой стакан с двойным скотчем и расположился в самом углу стойки, чтобы не привлекать лишнего внимания. Впрочем, посетители бара и так не слишком заинтересовались моей персоной. Хотя Донкастер и был маленькой сплоченной общиной, тут привыкли к заезжим художникам и дачникам из Джаспер-Лейк.
Эми назвала Миранду красавицей. Что ж, она и правда была очень эффектной женщиной даже сейчас, когда ей почти исполнилось сорок. Пожалуй, она стала еще краше, чем в дни молодости, высокие скулы стали более заметными, некогда овальные щеки втянулись. Темные глаза светились все так же ясно, хоть и обрамленные легкими морщинками, незаметными с первого взгляда. Скорее всего Миранда умело пользовалась тенями и пудрой. Правда, с годами мышцы вокруг чувственного рта ослабли, поэтому его уголки опустились вниз, что придало лицу торжественное и печальное выражение словно на средневековом портрете, это впечатление усиливали по-прежнему густые каштановые волосы, разделенные на прямой пробор и схваченные в тяжелый узел у основания шеи.
Не скрою, меня всегда влекла красота Миранды. Еще когда мы только познакомились, стали встречаться, а потом поженились, я продолжал любоваться ею украдкой, словно не мог поверить, что эта удивительная женщина согласилась разделить со мной жизнь. А после нашего развода еще долгое время, стоило мне закрыть глаза, как я представлял лицо и фигуру Миранды во всех подробностях. Иногда я жалел, что обделен изобразительным талантом. Ведь тогда бы я мог выплеснуть преследовавший меня образ на холст.
Но потом наваждение прошло. Не помню каким образом, но однажды я понял, что больше не думаю о бывшей жене. Не ощущаю горечи утраты. Не держу обиды за ее истерики и измены. Я даже не чувствовал к ней особой жалости, поскольку понял, что Миранда, несмотря на свой беспечный и отчаянный образ жизни, всегда крепко стоит на ногах. В тот момент я даже хотел разузнать ее адрес, чтобы написать примирительное письмо, объяснить, что я готов отныне быть ее другом… но познакомился с Эми, и все мысли о Миранде окончательно улетучились.
Сегодня, встретив бывшую жену в магазине Агаты, я не ощутил ни следа былого волнения. Конечно, может, из какого-то мстительного чувства мне было бы приятно, если бы она расплылась и подурнела. Пожалуй, так было бы даже лучше, чтобы Эми меньше беспокоилась. А теперь она будет еще больше нервничать и комплексовать, а мне придется приложить усилия, доказывая жене, что Миранда, хоть и красивая, но совершенно чужая мне женщина.
***
– Угостишь меня?
Я повернул голову, увидев Миранду рядом со стойкой, и вдруг словно ощутил удар в солнечное сплетение, мгновенно перенесшись на пятнадцать лет назад в прокуренный дешевый бар в Саут-Виллидже в Нижнем Манхеттене, где мы впервые познакомились. Весь хоровод давно похороненных образов закружился у меня в голове.
– С тобой все в порядке? Где Эми?
– Она слишком устала и легла спать. Я решил пропустить рюмку перед сном. Что ты пьешь?
– Имбирный эль с виски.
Я сделал заказ.
– Ты тут в компании?
– Нет, я жду приятеля из поселка. Он обещал подвезти меня домой. Я приехала на велосипеде. Знаешь, тут всего пять миль, но не хочется ехать в темноте, к тому же дорога идет через лес.
В этом была вся Миранда. Судя по всему, она так и не научилась водить машину, зато не считала для себя проблемой отмотать пять миль по проселочной дороге до города на велосипеде. Она всегда была легка на подъем, не чуралась физических нагрузок и обожала долгие пешие прогулки на природе. Это была одна из редких вещей, которая нас объединяла.
– Что-то Пеппер задерживается, – обеспокоенно сказала она. – Я жду его тут уже сорок минут.
– Пеппер?
– Да, один знакомый скульптор. Нет, он не мой кавалер, просто приятель. У него есть пикап, в котором он перевозит материалы и свои работы. Сегодня он собирался в Перси и обещал на обратном пути меня подбросить, поскольку я могу положить велосипед ему в кузов. Может, он забыл? Или решил заночевать там…
– Говоришь, пять миль? Я могу отвезти тебя и вернуться обратно.
– Но это грунтовая дорога. Она в хорошем состоянии, но я не могу обещать, что ты не запачкаешь свою шикарную машину.
– У меня «форд». С большим багажником.
– О.
– Послушай, хватит постоянно тыкать меня носом в богатство Эми. Если помнишь, то именно из-за тебя я вернулся в Америку без гроша в кармане и без работы, мне пришлось строить свою жизнь заново. И я женился на Эми вовсе не из-за ее денег.
– Прости, я не хотела тебя обидеть. На самом деле я совсем по-другому ее представляла из-за всех этих разговоров в округе. Заносчивой избалованной богачкой. Но я увидела, что это не так. Твоя жена правда очень милая девушка. И вы хорошо смотритесь вместе. Особенно с этой забавной собачкой.
Как будто мне должно было стать легче от ее одобрения.
– А как ты? У тебя… кто-то есть?
– Ну, как тебе сказать. Я встречаюсь с одним человеком. У нас все серьезно, хотя не в том буржуазном смысле, как ты привык считать.