На первом этаже светила всего одна лампа под пыльным абажуром, висевшая прямо над обеденным столом, но этого было достаточно, чтобы разглядеть две человеческие фигуры: одна неподвижно лежала на продавленном диване, а вторая энергично расхаживала среди разбросанных по полу кусков смятой бумаги и газет и разбрызгивала вокруг содержимое двухгаллоновой33 жестяной канистры.
Именно этот момент выбрал Чейни, чтобы решить, что он достаточное время побыл послушной собакой, потому что с улицы донесся его пронзительный лай.
Агги испуганно подняла голову. Поставила канистру на пол и подбежала к занавешенному окну, слегка отодвинула штору и стала всматриваться в темноту.
Я схватил кочергу, лежавшую рядом с печкой, и бросился к Агги, чтобы хорошенько огреть по голове, накормив ее же собственным лекарством от головной боли. Тут Агги неожиданно повернулась и уставилась прямо на меня.
Я замешкался. Не так-то просто напасть на безоружную женщину, глядя ей в глаза. Соображала тетушка явно намного быстрее меня, потому что тут же бросилась к канистре. Уловив этот маневр, я прыгнул ей наперерез, выставив кочергу обеими руками на манер тарана, и с силой отшвырнул женщину в угол. Я услышал, как шлепнулось о деревянный пол откормленное тело.
Судя по всему, падение не причинило мисс Тремонт особых увечий. Она легко вскочила на ноги, что удивительно для ее габаритов, запустила руку в карман рабочего комбинезона и извлекла коробок спичек.
– Только сделай шаг, и я тут все подожгу. Думаю, керосина хватит, чтобы дом вспыхнул мгновенно. Гаспари держали большой запас в сарае, зимой здесь частенько снег ломает ветки, рвет провода, и поселок сидит без электричества. Кстати, если вздумаешь делать глупости, больше всего горючего я вылила на диван где сейчас лежит наша драгоценная Эми. Крошка-Аметист, как говорила моя безумная сестра. Что ты так смотришь? Думаешь, я не знаю, что Оскар упрятал Филли в дурдом? Так ей и надо.
– Зачем ты все это делаешь, Агги?
– Не твое собачье дело! Скажи лучше, кто тебя выпустил? И собаку. Это же Чейни там лает?
– Он самый. Скоро он переполошит всех соседей. К тому же Миранда позвонила в полицию.
– Миранда? Как она… А, впрочем, не важно. Тем больше смысла поспешить. Встань туда, поближе к Эми. Дай мне пройти.
– Даже и не подумаю. Ты дойдешь до выхода и бросишь спичку. Я не дам тебе выпутаться из этой истории.
Агата задумалась. Теперь я точно знал, что она не решиться поджечь дом прямо сейчас, пока я загораживаю ей выход, рискуя тоже сгореть заживо или задохнуться от дыма. Какая бы злая сила ни руководила поступками мисс Тремонт, она явно уступила ее инстинкту самосохранения.
– Какой у тебя был план, Агги? Обставить все так, будто Эми подожгла дом и сгорела в нем сама?
– Почему бы и нет? Она же так мечтала стереть хижину с лица земли. Приехала сюда, разлила повсюду керосин, он попал ей на платье… Именно так, – Агата кивнула собственным мыслям. – Вначале я хотела все обставить так, словно она здесь повесилась. На том же месте, где нашла брата. Не смогла пережить шок заново, понимаешь? Я бы легко засунула ее в петлю, прямо как Джаспера. Но потом я решила, что пожар лучше. Символичней, да и следов не останется.
В тусклом свете лампы лицо Агаты казалось белой маской. Я решил, что все-таки опасения Эми были небеспочвенны. В семье Тремонтов жило безумие и оно сконцентрировалось в Агате.
– А что ты хотела сделать с Чейни?
– Я не собиралась убивать собаку! – взвизгнула она. – Думала, что он полежит тихо в мастерской, а потом я его отведу в лес и там выпущу.
– А меня ты тоже планировала выпустить в лесу?
– Черт, ну зачем ты полез в мастерскую?! Я думала, ты выпьешь кофе со снотворным и спокойно заснешь рядом со своей бывшей. Хотя бы на часок, пока я подожгу дом и выпущу собаку… а потом я бы тебя разбудила… У тебя был такой тяжелый день, Тео. И он стал бы еще тяжелей, но ты бы оправился от этой утраты.
Казалось, она до сих пытается убедить то ли меня, то ли саму себя, что план еще может сработать.
– Пойми, мне пришлось тебя оглушить и связать. Наверное, потом пришлось бы тебя убить, не спорю. Я бы придумала, что делать с телом. Может, закопала бы в лесу за домом. Или по частям сожгла в печи для обжига. Так я поступила с мерзавцем Льюисом.
Меня передернуло. От паров керосина, наполнивших небольшое наглухо закупоренное помещение, голова начала кружиться, так что я почувствовал, что теряю концентрацию.
Как оказалось Агата все это время внимательно следила за мной, потому что предприняла очередную атаку. Ей удалось нанести мне удар коленом в пах и выкрутить руку, заставив выронить кочергу. Затылком с туго заплетенными косами она боднула меня в челюсть, от чего из глаз посыпались искры.