– Не стоило так утруждаться. Вполне могли завезти вечером и не тратить свое законное обеденное время.
– Мне не трудно. Куда нести?
– Пойдемте.
Отворив входную дверь, я продолжила о чем-то беседовать с Виктором, но краем глаза заметила в гостиной Женю и Кирилла. Их взгляды были прикованы к нам. Виктор тоже сразу их увидел и, бегло поздоровавшись, вышел за второй коробкой…
– Ставьте сверху. Это все?
– Да…
– Спасибо огромное. Сама бы я их долго переносила.
– Не за что.
Я закрыла дверь и, не торопясь, разделась. Чуть не зацепившись за одну из коробок, попросила Женю, убрать их с прохода.
– Куда отнести?
– В спальню рядом с комнатой Данила.
А сама подошла к Кириллу и поприветствовала его, он кивнул в ответ и полушепотом спросил:
– Чем же это я вас разочаровал? Мне уже всю плешь проели!
Я улыбнулась.
– Мужайтесь! Только смотрите не проболта… – начала я говорить, но осеклась.
В это время вернулся Женя, и я со словами: «Не буду вам мешать!» ушла в спальню. Немного отдохнув, принялась за домашние дела. Женя с Кириллом продолжали сидеть в гостиной. После обеда позвонил папа, чему я очень обрадовалась, мне как раз нужна была его помощь.
– Решил сообщить тебе новость. На днях ушел в отставку! – шутя, воскликнул он. – Все! Сложил бразды правления!
– О-о! Как же так! Кто вас подсидел?
– Никто, сам решил. Я и так слишком засиделся на руководящей должности. Мои друзья-однополчане давно покинули свои посты, один я остался. Нынче ведь девиз: «Везде дорогу молодым!»
– Кто же принял твой пост? – с усмешкой поинтересовалась я.
– Сергей, – ответил папа.
– Ах, да! Я должна была догадаться, но он же вроде в деканате работал?
– Да, но с этого года снова вернулся на кафедру, поэтому я собственно и решил, что мне пора на покой. Сколько он может шататься в преподавателях!
– Как он? Так и не женился?
– Увы, нет! – с сожалением в голосе произнес папа.
Я невольно содрогнулась от его слов, восприняв их, как укор в свой адрес, и быстро перевела разговор на другую тему.
– Вы позвонили вовремя, мне как раз нужна ваша помощь.
– Помогу, чем смогу. Теперь я человек свободный, не обремененный никакими заботами и тяжбами службы.
