Прежде чем куда-либо идти, нам следовало определиться — куда, собственно, идти. Мы уселись за пластиковый столик открытого летнего кафе-тента и начали дискутировать. Чтобы не изъясняться намеками, Марину вкратце ввели в курс дела. В общих чертах. «Мы, Мариночка, хорошие ребята, ты это уже поняла, но у нас с крышей непонятки»… Мишина новая подружка тут же прониклась важностью вопроса и даже забыла кушать мороженое.
— По домам нам разбегаться, ясное дело, никак нельзя. Но где-то осесть нужно. Вопрос: где?
Миша обвел всех вопрошающим взглядом. Мы молчали. Было вполне понятно, что друзья-подруги тоже полностью исключаются. Конечно, всех, к примеру — моих, друзей-подруг наши оппоненты знать не могут, я и сам-то не всех помню, но в таком деле лучше перестраховаться, чем расслабиться: «Ах, дом! Милый дом!» — и влететь с разбегу в мышеловку какую-нибудь незамысловатую. Тем более это было бы безумно обидно теперь, когда мы, избежав стольких опасностей, снова оказались в родных палестинах. Да и ни к чему посторонних людей подставлять.
— Можно снять квартиру, — предложил Лелек.
— Через риэлтерскую фирму — на нас очень быстро выйдут. Искать самим? «Здрасьте! Вы свою законную жилплощадь не уступите четырем небритым бомжам?»… На вокзале, конечно, именно так и можно было бы что0то подыскать, даже с большой гарантией, но на вокзале нас моментально срисуют. Нет, дружище, вариант с квартирой отпадает.
— Может, на дачу к кому-нибудь? — вступил в обсуждение Болек.
— Это лучше, только у нас у всех дач нет, так? Так, — Миша грустно прищелкнул языком. — А касательно друзей-подруг мы уже все решили.
Вот ведь, черт возьми, пришла беда, откуда не ждали. Пока добирались до города, этот вопрос как-то не приходил никому в голову, или приходил, но как-то очень обрывочно и издалека, потому что не вырисовывалась конкретная проблема и потому еще, что казалось, будто все образуется само собой. По крайней мере, со мной все именно так и обстояло. И вообще, я уже так привык во всем полагаться на Мишеля, что нисколько не сомневался — наш отец-командир и сейчас что-нибудь придумает.
Однако первой молчание нарушила, как ни странно, Марина:
— Мальчики, слушайте, можно, наверное, ко мне поехать… — мы с интересом уставились на нее, — только не в квартиру, у меня там родители и сестра с ребенком, в общем — лисья нора, а на дачу вполне можно. Только она у нас неудобная…
— В смысле?
— Ну, в смысле — далеко от дороги. Там около часа надо пешком идти от остановки.
— Марина! Мариночка! Да ты просто спасительница! — завопили мы в разнобой.
Ну, Мишель, ну и жук! И как только он ухитрился в бледненьком, облаченном в жалкую юбчонку существе обнаружить с ходу столь неисчерпаемые достоинства? Вот и не верь после этого в предопределенность.
— Марина, я ваша на веки! — картинно закусив губу, Болек пал на колено и прижал руки к груди.
— Но-но-но! — сказал Миша. — Не делай стойку. Опоздал… Марина, солнце мое, ты нас не просто выручаешь, ты спасаешь нас! А что далеко от трассы, так это для нас никакое не неудобство, а совсем даже наоборот. Кстати, на даче сейчас никого нет?
Марина смущенно покачала головой. М-да, а мы от радости даже и не подумали, как должна она себя чувствовать в компании, как ни крути — а все же совершенно ей незнакомых мужиков. Бояться должна, наверное. Конечно, у нас нет никаких скрытых поползновений, но как она-то может быть в этом уверена? И тем не менее помогает. Золото, а не девчонка.
— Ну что ж, сейчас же и поедем… Стоп! Тебе же, наверное, домой надо? — Миша опустился обратно на стул. — Тебя же родители, наверное, жду, волноваться будут.
— Нет-нет, Мишенька, не будут. Я к училищной подруге ездили, в Утес, и на точную дату возвращения мы не договаривались, приеду, мол, как надоест. А надоело быстро, скучища там редкостная… И на даче никого нет, родители болеют все время, у Нади дочке полгода только… Надя — это сестра, — зачем-то пояснила Марина. — У нас и огорода даже нет, так, один фанерный домик в елках.
— Ура! Отсутствие огорода есть лучшая из сегодняшних новостей, — продолжал паясничать Болек.
Но он был недалек от истины — я лично терпеть не могу торчать на солнцепеке кверху задницей и ковыряться в грядках вместо того чтобы подвесить гамак и расслаблено в оном гамаке возлежать. Чтобы тело отдыхало. А душа, если ей так угодно, пусть трудится. Но не наоборот!
— Марина, а ты где учишься? — поинтересовался я. Наверняка — или в медицинском, или в педагогическом. И тот и другой ВУЗы накладывают, знаете ли, определенный отпечаток, ни с чем не спутаешь…
— В медицинском, — ответствовала она. — На педиатрии…
Выяснилось, что от здания речного порта непосредственно до нужного нам поворота загородного шоссе ходит автобус. Правда, как и подавляющее большинство областных маршрутов, ходил он реже, чем транспорт «Прогресс» к орбитальной станции, но мы, как известно, люди терпеливые.
