Из мыслей меня вырвал голос моей лаборантки. На ходу стягивая с рук перчатки, она прошла к столу, на котором лежала моя разработка. Хоть она и всего лишь лаборантка, но мы втроём уже настолько притёрлись друг к другу, что подобное обращение не вызывает никакого отторжения. Да и потом, мы с Куртом в четыре руки собирали этот паззл, к которому сейчас относимся почти как к дочери.
— Всё над тем же, Петра. Хочу спасти Курта, но постоянно натыкаюсь на сбои. Сам-то протез практически готов, а вот программное обеспечение хромает.
Сняв очки, я помассировал переносицу.
— Можно, я взгляну?
— Да, конечно.
Я встал с кресла, чтобы девушка могла спокойно просмотреть программу. Может, её свежий взгляд сможет выявить несоответствия и исправить ошибки. Собственную работу разбирать всегда сложнее, чем чужую.
— Так-с, посмотрим…
Тонкие пальчики проворно забегали по клавиатуре, в то время, как глаза девушки следили за появляющимися строчками на экране. Я же смотрел и не мог налюбоваться, как отец, что смотрит на дочь, которая уже приближается к тому порогу, когда превзойдёт его. Нет в этом ни горя, ни сожаления, лишь гордость, что новое поколение не только сохранит твоё богатство, но и значительно приумножит его. И речь совсем не о деньгах.
— Ну, вроде, всё. Сейчас только прогоню по тестам… Ой, а чего это ты так улыбаешься? Увидел что-то хорошее?
— Да, определённо.
Хмыкнул я, подходя к столу и заглядывая в монитор через плечо Петры.
— Давай посмотрим, что тут у нас.
Я вбил несколько значений, взятых из воздуха, и всё заработало.
— А если так.
И снова успех.
— Ну что ж, нас можно поздравить с успехом!
На радостях я позволил себе обнять лаборантку.
— Ай, Отто, ты колешься.
Рассмеялась она, когда моя недельная щетина коснулась кожи её щеки.
— Иди брейся!
Сказала она, выскальзывая из захвата, на что я лишь рассмеялся и потрепал её по голове.
— Обязательно. Но сначала закончу с начатым.
— Всё-таки пойдёшь за Куртом?
Вся весёлость из девушки словно улетучилась.
— Пойду.
Кивнул я, на что девушка буквально подскочила:
— Я с тобой!
— Исключено!
Тут я был непреклонен.
— Если со мной что-то случиться — лаборатория вся твоя вместе с финансированием. Распоряжайся на своё усмотрение, там сумма немаленькая и вся твоя.
— Не говори так, Отто.
Голос у девчонки сел, да и сама она стала белее мела. Губы дрожат большие голубые глаза покраснели. Вот-вот заплачет. Только рыжие волосы так и остались рыжими, даже как-то ярче казаться стали на таком-то фоне.
— Хорошо, не буду.
Тут же сдался я.
— Всё равно их ещё протестировать надо. Думаю, за недельку управимся, а там и за Коннорсом пойдём.
— Честно?
— Честнее некуда.
Я ещё ни разу не обманывал тебя. С самого момента нашего знакомства я был предельно честен. Надеюсь, теперь ты простишь мне эту маленькую ложь.
— Так, давай проверим твоё состояние, и пойдёшь домой.
— Ага.
Петра с готовностью прошла за ширму и раздевшись, принялась выполнять мои команды, пока я следил за состоянием её скелета. Убедившись, что всё в порядке, я отпустил девушку домой и, упав в кресло, принялся гипнотизировать задумчивым взглядом свою разработку. Программное обеспечение готово, сама техника тоже. Осталось только подключить всё это к собственной нервной системе, что делать мне откровенно страшно.
— Ладно, дружище, это ради тебя.
Вздохнув, я снял очки и, положив их на стол, прошёл к своему изобретению.
Первым делом надо оголиться по пояс. Затем застегнуть массивный пояс. Теперь самое сложное — включить его. Лёгкий щелчок, после чего со спины послышался тихий гул механизма, который обеспечит подключение протеза к моему спинному мозгу. Металл неприятно холодил кожу, несмотря на специальную прокладку, которая не позволит стереть кожу в кровь. А следом пришла боль, пронзившая всю спину от копчика, до самого основания черепа. Огромных сил мне стоило устоять на ногах и, стиснув зубы, ограничиться глухим рыком. Когда боль отступила, я почувствовал, что с ног до головы покрыт холодным потом, а ещё, что у меня стало на четыре руки больше. Эти самые руки куда гибче и длиннее тех, что даны мне природой при рождении.
Теперь были полчаса, посвящённые привыканию тела и мозга к новым реалиям. Надо ли говорить, что передвижение на своих двоих стало значительно затруднено внезапно увеличившимся весом. Теперь приходилось при ходьбе помогать себе новыми механическими конечностями.
Следом шла проверка моторики: четырёхпалые протезы прекрасно справлялись с самыми тонкими манипуляциями, что было необходимо для достижения поставленной цели. Что уж там, я без проблем могу ими заварить себе чай и отмерить необходимое количество сахара. Думаю, с задачами из разряда хирургии проблем тоже не возникнет. А если их ещё немного доработать, то можно будет замахнуться и на такие тонкие материи, как глазная или нейрохирургия.
Наконец, убедившись, что всё функционирует так, как и должно, я обратил свой взор на выход:
— Пора.
Накинув на себя майку, плотный свитер и пальто, я, помогая себе механическими конечностями отправился на поиски старого друга.
