Мадина достала на ложке огромного чёрного, шевелящего лапками таракана, но вместо ожидаемого визга посмотрела на него внимательно и демонстративно переложила в тарелку Ани. Обе девочки брезгливо отодвинули суп. Я на всякий случай помешала свой.
- Не, ну как она это делает, Ги.... Гис... ?
- Я понимаю, вам трудно выучить моё имя, можете меня называть Гиса, так меня называют друзья.
- Гиса-киса. Это запомнить намного легче. О, вот и второе несут. Ммм- котлетки.... Обожаю котлетки из кошачьих яиц!
- Фу, Полякова, я сейчас блевану. Мне и таракана хватило.
- Ну а как ты думаешь, куда девают яйца кастрированных котов?
Аня наколола котлетку на вилку и, глядя мне в глаза, откусила почти половину. Да, уж, весёленькая мне компания попалась. Не зря вожатая говорила о сложном характере моих соседок. Вот оно, высокоморальное поведение пионера во всей красе. У меня даже аппетит пропал. Или я не понимаю русский юмор?
- Ну что, Киса, раз ты уже покушала, пойдём домик осваивать. А то смотрю, ты так с рюкзаком и носишься, будто в нём куклы Вуду твоих одноклассников.
- Я позже подойду, Ярослава Сергеевна просила меня зайти к ней после обеда.
- Понимаю, лекции про светлый мир, подаренный нам Гендой, будет читать? Ты особо не слушай эту лапшу. Она любит часами про пионерию и всякие там заветы первого секретаря рассказывать, сама фанатеет от этого. Никуда Ярослава Сергеевна не денется, и постулаты пионерии тем более, а тебе вещи разложить нужно, кровать на вечер приготовить. Так что пойдём сначала в домик. Про “пионерообликоморале” на её линейках ещё вдоволь наслушаешься.
Что ж, в словах Ани был здравый смысл. Видимо она не очень любила вожатую, или пионерию вообще. Мне тоже поскорее хотелось увидеть своё новое жилище, и я решила отправиться с девочками “домой”.
Небольшой, довольно уютный домик с огромной цифрой 2, нарисованной жёлтой краской, тонул в зелени деревьев, практически сливаясь с ними цветом своих стен. Смотрелся он довольно симпатично, но сразу было понятно, что это летний вариант, и зимой здесь не живут.
- Вот, Киса, наш пятизвёздочный отель, в котором тебе предстоит провести остаток своей жизни.
Я посмотрела на Полякову вопросительно.
- Да шучу я! Сколько тебе отпущено Господом в этом лагере, столько здесь и проведёшь бессонных ночей в молитвах. Аминь!
Хм, возможно, я привыкну однажды к её манере разговора. Мы зашли внутрь. Нетрудно было догадаться, где чья кровать. Над кроватью Мадины половину стены занимала гигантская картина – сцена какого-то боя, где десантники штурмовали вражеские окопы под пулемётным огнём. Внизу были развешаны несколько солдатских жетонов и медаль, а на спинке кровати висела настоящая морская тельняшка. Кровать Ани была оформлена гораздо скромнее – небольшой постер из журнала с изображением оскалившегося на луну волка, а под ним надпись фломастером «Смысла нет». Аня проследила за моим взглядом и усмехнулась:
- Это я в полнолуние. Когда оборотнем становлюсь. Вою на грёбаную жизнь. Нам вообще-то не разрешают стены обклеивать чем попало, разве что небольшую фотографию повесить у изголовья. А для Мадины исключение сделали. Она убедила Ярославу Сергеевну, что в первых рядах этого отряда её дедушка, который штурмует позиции белогвардейцев. Вожатая сочла картину патриотической, пропагандирующей революционные идеи великого Генды, и разрешила оставить.
- Вожатая в домики заходит?
- Конечно! Проверяет, чтоб мы морально не разлагались.
- Но кое-что она не нашла, – хихикнула Мадина.
- Ракчева, давай пока без рекламы.
- Молчу-молчу, – спохватилась пионерка.
- Стало быть, свободная кровать для меня?
- Для нас, если не боишься мести трупов...
- Каких ещё трупов?
- Мы с Ракчевой на ней трупы плохо ведущих себя пионеров расчленяли по заданию вожатых.
- Мадина, она всегда такая?
- Ань, ну прекрати. Не смешно нисколечко! Врёт она всё и на ходу разные глупости сочиняет. Врезать ей, думаю пора, как следует. Ты со мной?
И прежде, чем я успела ответить, в Аню полетела подушка. Та успела увернуться, и в следующую секунду запустила в ответ шлёпанец. Шлёпанец попал в цель, и Мадина с оскаленным лицом показала жест, проведя пальцем по шее. Через минуту девочки катались по полу, сквозь смех и визг тузили друг друга подушками. Да уж, компания у меня действительно не адекватная. Пожалуй, схожу я к вожатой, пока они не угомонятся. Всё равно в таком бедламе я даже вещи разложить не смогу. И мне нужно связаться с родителями. Телефон по-прежнему не подавал признаков жизни.
По уже знакомой дорожке я отправилась в административный корпус. На этот раз пионеров было совсем мало – в младших отрядах объявлен тихий час, а у старших начались занятия в кружках. Те, кто не ходили на кружки, предпочитали переждать полуденный зной в домиках. Я зашла в здание, и меня окутала приятная прохлада после раскалённого летнего воздуха.
На этот раз, завидев меня, Александра первая встала из-за своего столика и поприветствовала меня, всё так же обращаясь на «вы».
- Я к Ярославе Сергеевне, она просила меня зайти после обеда.
