- Я уже закончил все свои дела в приюте и хотел поговорить с Вами. Честно сказать, я не был уверен, что застану Вас сегодня вечером дома. Но я несказанно рад, что мне это все же удалось, - Дину удалось это все проговорить, как ему казалось, с совершенно бесстрастным лицом. Впрочем, удалось это ему пока плохо, но Кас не подал виду.
- Хорошо, мой юный ученик, и о чем же Вы хотели поговорить со мной? – лицо же графа на самом деле не выражало никаких эмоций, а тон был настолько холоден, что казалось, будто в комнате на несколько градусов опустилась температура.
- Я… - Дин вдруг резко оборвал свое предложение. А потом начал совсем другим тоном. - Я хотел рассказать Вам одну историю, которая произошла со мной незадолго до смерти отца. Как Вы знаете, я жил в довольно простой семье. И о светских манерах мы даже не слышали. Пойти поработать с крестьянами не было для нас чем-то из ряда вон выходящим. И вот мы как-то работали. Все вместе, как большая и дружная семья. Но потом отцу надо было уйти по делам, и он оставил меня на попечение одной крестьянки. Я всячески пытался ей помочь. Но в самый ответственный момент помочь не успел. Не знаю, что напугало лошадь, но она сорвалась и помчалась прямо на эту крестьянку. Я не успел… не успел добежать. Женщина умерла у меня на руках.
Дин опустил взгляд в пол, пытаясь понять, зачем он все это рассказывает. И почему рассказывает именно этому напыщенному графу, Кастиэлю.
- Дин, - дождавшись, когда юноша поднимет на него глаза, Кас продолжил. - Мы не можем винить себя в смерти тех, кто умирает на наших руках. Успеем мы помочь или нет - это воля случая и мы не в силах ее изменить. Послушай меня, мальчик, я желаю тебе добра. Не вини себя. Ты действительно ни в чем не виноват. Так случается. И все же… почему ты мне это рассказываешь?
- Потому что… - Дин и сам не знал ответа, но он прекрасно понимал, что должен что-то сказать. - Потому что иногда мне кажется, что ты знаешь обо мне все. А потом я вспоминаю, что я для тебя существо, которое нужно выдрессировать, и тебе наплевать на мои чувства. Я рассказал тебе это потому, что хочу напомнить о том, что я умею чувствовать. И мне нужны не только знания, которые ты вбиваешь мне в голову, но еще и понимание.
Последние части мозаики сложились в голове юноши. Только теперь картина предстала перед ним настолько ясной, насколько никогда не была. Все встало по своим местам. И эти ярко-синие глаза оказались прямо в центре.
- А что ты сам знаешь обо мне, Дин? Ты никогда не скрываешь своих чувств, и ты всегда даешь волю своему любопытству. Но все-таки, тебе не удается узнать обо мне ничего. Может, ты задаешь неправильные вопросы? – Кастиэль ласково по-отечески улыбнулся. - Я понимаю тебя, Дин. И очень хочу, чтобы ты это увидел. Но моя главная задача – наставить тебя на путь истинный и помочь тебе выжить в этом мире.
Кастиэль очень внимательно смотрел на Дина, когда в его голове пронеслась мысль о том, что он сказал слишком много. И это было именно так. Слишком много информации. Причем той, которую он бы хотел скрыть. Что делает с ним этот нахальный юнец, о котором так сильно хочется заботиться? Но слова уже слетели с губ, и теперь их не остановить. Кас устало потер переносицу, боясь понимать, что только что натворил. Он прекрасно знал, что ему нельзя привязываться к этому мальчишке. И ни в коем случае нельзя дать тому привязаться к себе. Дин должен его ненавидеть всеми фибрами души.
- Расскажи мне что-нибудь, - голос тихий, умоляющий. И Кас не может противиться этому голосу. Но он пока не знает, что хочет рассказать своему ученику.
- Я расскажу тебе завтра, Дин. Любую историю, которую ты попросишь. Если ты, конечно, соизволишь придти на занятия. А сейчас мне действительно пора на прием. Езжай домой.
Кастиэль встал и быстрым шагом пошел в сторону своей комнаты, когда его остановил тихий, но настойчивый окрик.
- Кас! – граф уже было обернулся, чтобы осадить юношу и попросить не называть его так больше никогда, но что-то остановило его. Как он раньше не замечал этого в глазах своего ученика. Это была… - Я люблю тебя, Кас.
========== Глава 7. Кареты ==========
Итак, все-таки, по вашей просьбе, приветствуем новую бету, моего маленького Демона!
- Я люблю тебя, Кас, - голос, хриплый, взволнованный, готовый вот-вот сорваться, звучит, как последний крик утопающего. Фраза бьет Кастиэлю по вискам и чем-то теплым протекает по всему телу, эхом отдаваясь в голове все сильнее и сильнее. Зеленые глаза напротив широко распахнуты. В них то ли отчаяние, то ли чувство наконец-то пришедшей свободы.
