Откуда силы взялись – одним движением он подхватил девушку, другим выворотил из жижи Старкиллера и высокими скачками понёсся к берегу. «Страх надёжней совести», – думал Коля, перемахивая широкую борозду, прорезанную их самолётом при аварийной посадке, и вылетая на сушу.
Сзади били выстрелы. Пилот кричала. Коробочка пиликала, загребая вслед. Коля шёл высокой иноходью, хрипел и мотал стриженой головой, разбрасывая крупные капли пота. Сапоги хлюпали холодной кашей.
Рощица, как назло, оказалась жидковатая, но делать было нечего, и беглецы углубились в неё, спеша укрыться от немецких самолётов. Половинкин даже не успел их разглядеть. Впрочем, он всё равно не очень-то разбирался во вражеской технике. Оставалось надеяться, что и немцы не успели разобраться, что за машину они только что приземлили.
Но на это-то, прямо скажем, надежда была довольно слабая. Даже почти никакой. Очень скоро здесь будут кишмя кишеть поисковые группы фашистов, в лесочке не спрячешься. Да и след за ними вон какой… Коля обернулся и критически полюбовался на протоптанную ими широкую нервную тропу.
От болота они успели пробежать довольно далеко, перешли на шаг. Немецких самолётов почти не было слышно. В конце концов, деревья расступились и выпустили их на укромный тёплый пригорок, щедро залитый солнцем.
