На ступенях появилась пожилая настоятельница, и молодой капитан, сверкая ярко–красным сюрко и великолепными стальными доспехами, поднялся к ней, опустился на колено и что–то сказал.
Она кивнула, подала ему руку, а потом подняла руки, призывая всех к тишине.
— Добрые люди, — обратилась она, — капитан только что сообщил мне, что наша маленькая армия благодаря воле Всевышнего одержала великую победу. Но мы должны оставаться бдительными, поскольку есть основания полагать, что враг предпримет скорую атаку, поэтому мы все должны немедленно разойтись по укрытиям.
Латники стали направлять народ в сторону монастыря, дормитория и большого зала. Мэг видела, как молодой рыцарь встретился взглядом с одной из послушниц.
«О да», — подумала швея и улыбнулась, больше оттого, что они оба улыбались.
Когда лучники на стенах начали бросать на нее многозначительные взгляды, она собрала корзинку и тихонько проскользнула в дормиторий. Но женщина успела заметить, что священник делает нечто весьма странное: он достал из клетки голубя и перебросил через стену. Она могла бы что–то ему сказать, но, пока наблюдала, появился Красный Рыцарь, а священник куда–то исчез. Они не заметили друг друга.
Капитан заговорил с кем–то, находившимся выше. С балкона дормитория свесилась нога, и потом в руках закованного в броню мужчины оказалась некая особа. Одетая в простое одеяние послушницы. Энергия их связи была просто ослепляющей. Мэг видела ее, чувствовала; ощущала она и силу, находившуюся в подземельях, и волшебство настоятельницы. То было восхитительное чувство. И очень личное, поэтому она отвернулась. Некоторые вещи не предназначены для чужих глаз.
Капитан Альбинкирка сидел у застекленного окна и всматривался в далекие леса.
«Милорд, вынужден предположить, что мой последний гонец все же до Вас доскакал. Цитадель Альбинкирка пока держится. Действительно, прошло уже несколько дней с тех пор, как мы подверглись нападению. Мы все еще укрываемся в цитадели и видим существ из земель Диких, которые передвигаются по городу и в полях.
Вчера я посчитал своим долгом отправить за стены цитадели патруль. Нам удалось очистить главную площадь и выехать за городские ворота. Как только мой маленький отряд достиг полей севернее реки, к нам присоединилось несколько дюжин местных семей, которые удерживали передовые оборонительные сооружения и пытались пробиться к цитадели. У меня не было другого выхода, как впустить их: у них закончилась еда. Среди них оказались два гильдийца из Харндона, являющиеся членами гильдии арбалетчиков при ордене торговцев тканями. Они утверждают, что вчера у Южной переправы произошло большое сражение и Красный Рыцарь одержал победу. Несмотря на численное превосходство врага, его небольшому отряду удалось уничтожить засаду Диких. За что возблагодарим Господа Бога. Однако еще несколько беженцев с востока сообщили мне, что сэссаги сжигают все города и деревни на своем пути к востоку от переправы и до Выдровой пади и что Зеленые холмы заполнены беглецами.
Возможно, это просто слухи. Если бы у меня были свободные люди, я бы отправил разведчика, чтобы объединиться с настоятельницей и Красным Рыцарем.
Милорд, мы столкнулись с очень сильным врагом. Молю о Вашей немедленной помощи.
Ваш покорный слуга, Джон Крейфорд».
Шип сидел, скрестив ноги, под деревом и наблюдал за происходящим в мире. Притворяться довольным он не мог.
Вчера ему нанесли очередное поражение: нанятый монахинями отряд под командованием темного солнца, которое умело гаснуть, объединился с людьми, охранявшими последний караван у верховья реки, и вместе они разгромили его лучшие мобильные силы.
Чародей до сих пор никак не мог дотянуться ни до одного вождя ирков. А боглины возвращались обратно за реку. Они понесли поистине огромные потери.
А еще он чувствовал волны чистой силы, продолжавшие накатывать на ближайшие к месту сражения деревья. Другой, почти такой же великий колдун, как он сам, выпустил на свободу силу, которую лучше было бы не трогать. Теперь эта сила слышалась во всех землях Диких, словно трубный зов. И Шип распробовал ее привкус.
«Мне следовало быть там самому, — подумал чародей. — Мой одаренный ученик покинул свою башню и наконец–то явил себя миру. Изменил суть заклинания и избавился от сковывавших его нитей, словно снял поводья, смотал их и повесил на крючок. Интересно, как удалось мальчишке провернуть все это?» Шип не стал тратить драгоценное время на поиск ответа на поставленный вопрос. Один раз Гармодий обвел его вокруг пальца, второго раза не будет.
И если бы мятежный ученик был его единственной неприятностью! Кто–то убил трех его дхагов, которых люди называли троллями, огромных пещерных гигантов, закованных в каменную броню и обитавших высоко в горах. Он подчинил всего десятерых, и вот трое мертвы.
