Вскоре парень подготовил и нагрузил пожитками ослов, а она закинула за спину сумку покойного мужа, взяла в руки корзины и вышла на площадь. С того места, где вдова остановилась, ее дом выглядел как обычно. Мэг попробовала представить его сожженным. Только фундамент под палящими лучами солнца. Увидела угол, к которому прислонялась спиной за шитьем, вытертый до блеска от частого касания, и подумала, найдет ли еще когда–нибудь столь хорошо освещаемое местечко.
Следующими были готовы Картеры — семья извозчиков с двумя тяжелыми телегами, тягловыми животными и шестью мальчиками и мужчинами, которые с легкостью поднимали любые грузы. Домработница судьи оказалась третьей. У нее в руках были его одеяла — на одном из них когда–то лежала Мэг, и это воспоминание заставило ее покраснеть. Она все еще размышляла о своем желании назвать его по имени — данном при крещении имени…
Ланторны были последними, их четыре гулящие дочки были как никогда угрюмы, а госпожа Ланторн, находясь в обычном для нее отчаянии, бродила между деревенских с просьбами освободить место для ее сумки и корзинки с бельем. Прачку Лизу окружили солдаты, состязавшиеся за то, чтобы нести ее немудреный скарб. Многих она знала по именам, поскольку стирала их вещи. Более того, она была зрелой и привлекательной и представлялась наемникам идеальной женщиной.
Наконец–то Ланторны собрались — все четыре дочки вовсю пялились на солдат, — и колонна пришла в движение.
Спустя три часа после того, как отряд въехал в Аббингтон, деревня полностью опустела.
Сэр Джон поручил ему командовать отрядом арбалетчиков, состоявшим из членов городских гильдий. В разноцветных одеждах они все были слишком заметны. Больше всего выделялись красный и синий — цвета меховщиков, самой крупной гильдии Альбинкирка. Можно было бы посмеяться над тем, что он, кузен императора, руководит группой арбалетчиков незнатного происхождения. Возможно, это бы его развеселило, однако…
Они появились в лучах вечерней зари, прямо на закате. Создавалось впечатление, что в полях кишат насекомые. Без единого сигнала или команды ирки поменяли направление и понеслись прямо на городские стены. Сэр Алкей ничего подобного и представить себе не мог. Среди врагов были демоны, дюжина или даже больше, стремительные, грациозные, стройные и смертоносные. Они просто взбегали по стенам наверх.
Стрелки разряжали и разряжали арбалеты в несущуюся на них орду, а он сновал за их спинами между зубцами крепостной стены, бормоча что–то ободряющее и умоляя проявить стойкость. Он знал, как командовать, но никогда прежде этого не делал.
Первая волна почти захватила стену. Сразу же появился демон и начал убивать арбалетчиков. По чистой случайности его огромный меч отскочил от нагрудника работавшего по найму оружейника, и его товарищи утыкали болтами кровожадное чудовище. Пока умирало, оно успело захватить с собой на тот свет еще четверых, и все же вид мертвого демона несколько воодушевил меховщиков.
Они отбили вторую волну, демоны стали более осторожными и нападали со спины. Алкей попытался заставить арбалетчиков стрелять по ним из укрытия, но из этого ничего не вышло, людям приходилось сражаться с теми, кто представлял непосредственную угрозу.
К нему подошел глава гильдии, тяжело оперся на боевой топор, поскольку прекрасно знал, что не стоит напрасно тратить драгоценные силы, и отдал честь.
— Милорд, — обратился он, — у нас заканчиваются болты. У каждого из парней осталось всего по двадцать штук.
Сэр Алкей зажмурился.
— Где нам взять еще?
— Я надеялся, вы знаете, — сказал гильдиец.
Рыцарь отправил гонца, но ответ ему и так был известен.
С третьей волной атаки чудовищам все же удалось забраться на стены у них за спиной. Они слышали, что враги прорвали оборону. К шуму сражения примешались пронзительные крики, и его люди стали оборачиваться.
Он жалел, что рядом нет его оруженосца — ветерана пятидесяти битв. Этот человек погиб, защищая его, когда они попали в засаду, и теперь ему не с кем было посоветоваться. Сэр Алкей сжал челюсти и приготовился достойно принять смерть.
Он снова прошел вдоль стены. Тени вытягивались. Порученный ему отрезок составлял сотню шагов — Альбинкирк не был маленьким городом, даже с точки зрения сэра Алкея, побывавшего в самых больших столицах мира.
Рыцарь остановился, когда увидел, что трое арбалетчиков развернулись к стене спиной и уставились на город.
— Смотреть вперед, — рявкнул он.
— Дома горят! — воскликнул какой–то болван.
Еще больше людей обернулось, и он тут же их всех потерял. Словно из–под земли на стене возник демон. Он перетекал, как жидкость, двигаясь между ними и вокруг них, с двумя зажатыми в когтистых руках топорами — и пока Алкей застыл на месте, чудовищная лапа нанесла удар, располосовав грудь и живот пятнадцатилетнему парнишке, на котором не было нагрудника.
Презрев страх, Алкей бросился в атаку. Рыцари Мореи тренировались противостоять подобным существам, а чувство страха было ему и прежде хорошо знакомо. Сэр Алкей бежал прямо на противника с оружием наготове…
