— Вы знаете, товарищ капитан, я уже достаточно давно, к сожалению, не занимаюсь наукой, весь погряз в делах ректората, поэтому точно не назову. — Чиновник присел на стул рядом с тумбочкой, в которой хранилась посуда для опытов, виновато сцепив руки. — Максим Фёдорович очень сильно интересовался причинами отторжения посторонних жидкостей (часто продуктов неорганической химии) живыми организмами. И возможностями преодоления подобных отторжений. Грубо говоря, он изучал теоретически и пытался выяснить эмпирически, как органике удержать в долгосрочной перспективе удержать в своих пределах чужеродные субстанции.
— Живому организму сохранить в себе вдолгую чужеродное вещество… — тихо повторил Коломин. — Вы не возражаете, если я ещё раз осмотрю его кабинет?
— Конечно, конечно, мы же сюда за этим и пришли! — Проректор приглашающе повёл рукой в сторону соседнего помещения.
ЭВМ Белозерцева не работала, да и стоило ли её включать? Ярослава больше интересовала литература: при жизни академик успел собрать хорошую рабочую библиотеку. Глазам то и дело попадались книги и журналы самых разных цветов и габаритов, порой толстые и редкие, ухоженные и стоящие точно по алфавиту. «Аксиологические проблемы имплементации новейших веществ организмами с высшей нервной деятельностью», «Анатомия и физиология человека: полное практическое издание с расширенным полувиртуальным атласом, ММИ им. И.М. Сеченова», «Биоинженерия головного мозга: дополненное, обновлённое и расширенное издание», «Биологическая этика: последнее издание», «Космаков И.В. Применение систем видеоигр в процессах аугментации», «Методы, техники и технологии типовых операций аугментации в современной медицине», «Миндовский И. Россия эпохи киберпанка», «Применение неорганической химии в биотехнологиях», «Органическая и синтетическая сочетаемость: полное издание под редакцией М.Ф. Белозерцева», «Справочник новейших веществ — 1991, АН СССР», «Справочник опасных и особо опасных веществ, разрешённых и запрещённых к применению в экспериментальной биоинженерии», «Философия
Ярослав запустил вглубь шкафа руку и нащупал достаточно толстый том, который не стоял вместе со всеми, а лежал на других книгах. На труде было написано: «Градов А.К. Нейропсихомеханика: расширенное издание».
«Ну и что? — подумал Коломин. — Труды профессора, что не под грифом “секретно”, находятся в библиотеках очень многих людей, не только учёных. Неудивительно, что покойный Белозерцев тоже имел такой».
Однако в следующий момент Ярослав разглядел ярко-красную закладку, выглядывающую из-под страниц книги и как по цвету, так и размеру резко отличающуюся от остальных закладок. Нахмурившись, капитан открыл один из главнейших трудов Градова в том месте, которое, казалось бы, наиболее сильным образом волновала погибшего академика.
«Глава шестая. Применение и использование опасных и особо опасных химических веществ в нейропсихомеханике. Проблемы совмещения данных веществ и организмов с ЦНС, обладающей высшей нервной деятельностью. Наиболее комплементарные вещества для применения в нейропсихомеханике».
Ярослав знал эту книгу Аркадия Константиновича. Она являлась так называемой «урезанной» версией «для общего пользования». «Псио» в приведённом списке «комплементарных веществ», понятное дело, отсутствовало, так как всё, что представлялось связанным с ним, подпадало под гриф «совершенно секретно». Тем не менее по ряду намёков, оставленных в научном труде, очень умный и весьма небезыскусный человек вроде Белозерцева теоретически мог догадаться, что список должно было замыкать вещество со свойствами, равными таковым у «Псио». Что пытался отыскать в книге Градова покойный? Коломин осмотрел страницы, обозначенные другими закладками, поискал какие-нибудь заметки, примечания, подчёркивания, но больше не обнаружил ничего подозрительного.
Внезапно Ярослава осенило, так как он резко вспомнил одну вещь, которую на какой-то момент забыл.
— Товарищ проректор, не поможете? — Коломин подошёл к соседнему комоду с одной стороны, готовый его двигать.
— Конечно, конечно, — без раздумий согласился служащий. — Я весь к услугам родной милиции!
