Утробное рыкание донеслось из-за ближайшего песчаного бархана. Огромный и рыжий, образчик воплотившегося злобного духа пустыни, песчаный лев неторопливо трусил, попеременно выбрасывая вперед себя внушительного размера лапы. Царь пустынного края, — золотистый кот, — не припадал к земле. Он стелился над ней, подобно перемещающимся под ветром песчинкам или колосящимся травам. Лапы пружинисто падали, ударяя о землю.
Взметалось облачка пыли.
Пески сотрясались.
В оскаленной пасти острые зубы обнажились, белесые усы встопорщились. Свирепые, налитые кровью глаза горели голодной злобой.
Нападения я не ожидала, среагировать не успевала. Здесь, наверное, моей истории мог прийти очередной конец. Но Эллоис*Сент, в лучших традициях героико-сентиментальных романов, поспешил на помощь.
Столб воды, высокий, искристый, резко вырос перед оскаленной мордой агрессора, заставив того отпрянуть так же стремительно, как до сего момента он несся вперед. Я имела счастье наблюдать, как ошарашенный, введенный в душевные сомнения "левушка" принял решение ретироваться.
— Тебе необходимо привлекать к себе всеобщее внимание? — шипел на ухо Эллоис*сент, прижимая к себе. — Ты без этого не можешь, да? Ты понимаешь, что чуть не погибла?! — продолжал Элоис*сент орать, тряся меня, словно я была куклой, легкой, невесомой и безмозглой. — Любишь играть со смертью? — Злость в голосе переливалась таким же высоким и искристым водяным роем искр, как и фонтан, отогнавший хищника. — Что и кому ты пытаешься доказать, Одиф*фэ? Ты даже не пыталась его отбросить! Почему ты не оборонялась?
— Я растерялась. Просто не успела.
— Не успела? — он прижал мою голову к груди. — Никогда не делай так больше.
— Ткачевское отродье! — накинулся на меня Зак, вырывая из рук племянника. — Ты не умрешь своей смертью.
— Вашими молитвами, — огрызнулась я.
Интересно, если бы это я напала на льва, а не он на меня, они орали бы совершенно так же? Видимо, я никогда не научусь понимать мужчин.
— Никому не отходить от отряда ни на шаг! Здесь очень опасно. — Скомандовал Те*и. — Все поняли?
— А тебя все равно следовало выдрать! — не разжимая губ, бросил мне Зак.
Я с вызовом тряхнула головой.
Ну, конечно. Кто бы сомневался? Кто самый рыжий в этом мире, тот во всем и виноват?
Размышляя подобный образом, я с опаской снова громоздилась на горбатую клячу. После встречи с Великим и Ужасным, "скотина" была настроена на редкость добродушно. Слушалась повода, будто шелковая.
Я где-то читала, что бури в песках приходят внезапно. Но это неправда. Сначала песок, задвигался будто живой. Потом застонал. Заголосил. И только потом с запада надвинулась черная тень.
Давление в атмосфере изменялось с каждой минутой. Даже секундой. Казалось, что небо на глазах делается всё весомей, и медленно опускается на плечи.
"Тень" расширялась. Смертоносные вихри змеевидных воронок протянулись от земли к небу. Почему-то подумалось, что злой волшебник дунул в камин, и полетела сажа с пеплом.
Проводники-оборотни поспешно разворачивали шатры. Зак, Те*и и Изин*фрэс так же спешно проводили магические защитные ритуалы.
Мелкие песчинки, подобно дождевым каплям, забарабанили по стенам сотворенного из магии и материи убежища. В ответ те содрогались и трепыхались, но удерживались на месте, не пропуская внутрь ни дуновения.
— Насколько опасны песчаные бури? — проконсультировалась Аста*рэль у Къет*ри.
— Опасны, — кивнул он. — Случается, погребают под собой целые караваны.
— Но ведь с нами такого не произойдет? — встревожилась Сиэл*ла.
— Это почему же? — вставил свое "F" Эллоис*сент. — Потому что мы все тут такие хорошенькие?
— Потому что Зак достаточно сносно владеет магией Воздуха, чтобы предотвратить подобный инцидент, — отозвался немногословный Изин*фрэс. — И вовсе не обязательно так говорить с девочками, Эл.
Ветер ревел. Мы сидели тихо, словно мышки в подполье.
Я очнулась, когда Изин*фрэс ровным голосом поинтересовался, не закончилась ли буря?
— Вроде как все стихло, — с сомнением в голосе проговорила его двойняшка Аста*рэль. — Подожди! Это может быть опасным!
Но Эллоис*сент уже раздвигал полог, снимая защиту.
Ничего страшного не происходило и я решила последовать за ним.
Воздух ещё не успел освободиться от колючей пыли. С трудом удавалось рассмотреть другие шатры, напоминавшие большие песчаные горки.
И тут раздался оглушительный звук. Поначалу показалось, будто неподалеку загремел гром. Но при песчаной буре гроза — непозволительная экзотика.
Справа, слева над песками поднимались кудрявые львиные головы. Процесс сопровождался утробным урчанием. Живые песчаные львы будут похуже лесной нежити.
— Сейчас повеселимся, — зло засмеялся Эллоис*сент.
— Обалдеть, как весело, — не уверена, что сию мысль я озвучила. — Их тут больше десятка. Нам с ними не справится, — пятясь, шептала я, опасаясь говорить в полный голос.
— Что так? Львы, это конечно, не разомлевшие от выпивки и неги мужики. Но тебе ли быть в печали? Ты корабль грохнула, как хлопушка — муху.
