Амалии было страшно. Она чувствовала себя одинокой в этом доме. А еще скучала по Авроре. Она нарушила данное сестре обещание позаботиться о девочках. Неделю назад ее маленькая Лия чуть не умерла. А ведь она больше всех походила на Аврору. И Амалия не ожидала, что это произойдет. А потом появился полицейский, и она рассказала ему о Ксиане. Она сомневалась, что это не сон. И теперь полицейский и та женщина плохо думали о Лии. Из-за нее. Ей стоило попросить Сару позвонить им. Амалия сказала бы им, что ошиблась. Это был всего лишь кошмар. Но Амалия заснула. Прежде чем выключить свет, помолилась. Она молилась Авроре, чтобы та дала ей силы защитить своих девочек. Она попросила Ксиану не беспокоить ее сегодня вечером. Ей нужно было поспать.
Этажом ниже Сара и Тео сидели в гостиной и делали вид, что смотрят телевизор. Тео подумывал о том, чтобы начать разговор и рассказать Саре, что новая сиделка живет в Кало, зовут ее Мерче и она, по всей видимости, очень хочет получить место. Он также подумывал предложить жене на несколько дней съездить в Санхенхо. Он смог бы ездить оттуда на работу и возвращаться туда. И что звонил Адриан, говорил, что Лия уже в клинике в Муросе. Впрочем, Тео не открыл рта. За пару дней он обнаружил, что молчать удобнее.
Сара же в этот самый момент решила заговорить.
И, к удивлению Тео, рассказала, что заглядывала в больницу и уверена, что Лия поправится. Она также заметила, что следует попросить Адриана как-нибудь зайти и поговорить с тетей Амалией, поскольку та не в себе чаще, чем обычно. Затем она подошла и села на Тео сверху. Начала целовать его в шею. Взяла его руки и положила себе на грудь. А после продолжила его целовать и ничего больше. Тео ожидал, что она задерет юбку, но этого не произошло. Он сидел неподвижно, позволяя себя целовать. Внезапно Сара прошептала ему на ухо, чтобы он успокоился. Что никто не узнает о деньгах траста, возвращенных неделю назад. И ей не следовало скрывать это от него. Потом да, потом она задрала юбку и спустила с него штаны, так что Тео уже не мог, да и не хотел, и не был способен думать ни о чем другом.
В этот момент Лия Сомоса ворочалась в постели, не в силах уснуть. Она скучала по прежней палате. Почти скучала по присутствию медсестер, врачей-ординаторов. По Коннору с его неудобными вопросами. Но по кому она действительно скучала, так это по Саре. В тот день сестра была рядом с ней, хотя в то же время чувствовалось, что она очень далеко. Лия снова повернулась в постели.
В то же время в Ла-Рамаллосе Ана пила пиво на террасе со своей подругой Лореной и ее парнем Брейсом. Они оба говорили о том единственном, что все обсуждали в те дни. В барах, у врача, в супермаркете, в общественном бассейне. Об убийстве девочки Аленов. Ана не рассказывала о своей причастности к этому делу. Просто слушала версии друзей. Наверняка это была мать, высокомерная зазнайка. Лорена думала, что это сделала ее тетя. Она из достоверных источников знала, что нашли предсмертную записку, в которой та призналась в совершении преступления. Брейс знал Фернандо и Инес и был уверен, что у пары все не слишком хорошо. Он не удивился бы, если бы парень встречался с кем-то еще, и что кем-то еще вполне могла быть Сара Сомоса. Потому что какого черта, любой парень мечтал бы залезть в трусики этой бабенке. Лорена ткнула его локтем под ребра, отчего у Брейса перехватило дыхание. Ана их почти не слушала, ведь Тони и его жена находились всего в двух столиках от них. Ане внезапно пришло в голову, что она хотела бы провести выходные за кружкой пива с человеком, который понимал бы, о чем она думает, с человеком, который угадывал бы ее заботы и желания. Тони никогда не был таким человеком. Единственное, на что он сподобился, – трахнул ее в женской раздевалке в средней школе Кашейраса. Этим человеком вполне мог быть парень со странным чувством юмора, который часто провожал ее взглядом, хотя думал, что Ана этого не замечает. Поэтому она встала из-за стола и, отойдя немного от террасы бара, набрала номер телефона Санти. Раздался гудок. Два. Три. Четыре. Пять.
