Он подаётся вперёд, чтобы вдохнуть её естественный сладкий запах. Чёрт, он сходил по нему с ума. Первая проба делает его твёрдым как камень. Вторая вызывает стон лихорадочной жажды. Её киска пухлая и набухшая, горячая под его губами. Блейк находит языком ключ возбуждения, вызывая больше жидкости и выпивая её.
Её знакомый мускус переносит его в другой мир, куда никогда не вторгается время. У него есть вечность, чтобы упиваться складочками и сосать её клитор. Он издевается над ней своим языком, вытягивая прерывистое дыхание и резкие вдохи, но она так хороша. Так послушна. Девушка остаётся практически тихой, практически спокойной.
Блейк поднимает взгляд, и у него замирает сердце от того, что он видит. Её расфокусированный взгляд становится стеклянным из-за непролитых слёз. Её раскрытые губы дрожат. Он собирался растянуть это, заставить Эрин ждать и, может быть, вернуть долг, исследовав её узкую дырочку внизу. Но он не может выстоять, видя её в такой сексуальной агонии.
Всунув два пальца внутрь, он находит особое место, которое заставляет её дёрнуться. Его губы смыкаются на клиторе, жестоко его всасывая. Всё тело Эрин напрягается. Её бёдра толкаются к его лицу. Чувственное насилие становится слишком жестоким, слишком большим, пока он скользит своей свободной ладонью, всё ещё влажной от её соков, по нежной внутренней стороне её бёдер, в лёгкой ласке, чтобы довести до грани.
Девушка кричит от облегчения, пока влага течёт по его губам и вниз по подбородку, покрывая кресло, как он и представлял. Позже Блейк помогает ей опуститься с помощью лёгкий лизаний и нежных поцелуев. Когда её тело прислоняется к спинке кресла, он подхватывает любимую на руки и обнимает, пока дрожь не стихает.
Её дыхание успокаивается, и на минуту он думает, что девушка заснула. Её голос звучит одурманенным, когда Эрин говорит, невнятно и с придыханием.
— Я прошла?
Ему требуется минута, чтобы соединить точки к их фантазии о преподавателе и студентке в самом начале.
— Очень даже, милая. Ты моя лучшая студентка.
Она фыркает, издавая смешок.
— Лучше мне быть твоей единственной студенткой, когда дело доходит до оральных экзаменов.
— Моя единственная и неповторимая.
Блейк целует её в макушку и задерживает губы на этом месте, упиваясь шёлковыми локонами её волос. Его единственная, его неповторимая. Его всё. Через несколько дней это будет постоянно. Безопасно. Через несколько недель это будет по-настоящему.
Эрин подходит к бару и делает глоток напитка Блейка, на мгновение желая, чтобы янтарная жидкость была настоящим алкоголем, а не соком. Она поворачивается и замирает от того, что видит. Мужчина сел в кресло, где только что была она. Блейк обнажён, одна лодыжка скрещена с другой. Сильные руки, которые могут быть до невозможности нежными, свободно свисают с обеих сторон кресла. Он откидывает голову на спинку кресла, закрывая глаза. Выражение его лица такое мирное, что она не может отвести взгляд. Её лицо краснеет, когда девушка осознаёт, что, должно быть, он чувствует под собой доказательство её восторга. Эрин могла бы смутиться ещё больше, но её отвлекают его следующие слова.
— Думаю, нам следует прекратить встречаться до конца семестра.
Она чуть не падает со стула, на котором сидит.
— Что?
Блейк с опечаленным — и раздражённым — видом подаётся вперёд.
— Послушай, я разобрался с Мелиндой. С этим покончено. Но разговор с ней вызвал у меня чувство... ну, вины. Будто я могу пользоваться тобой, даже если не намереваюсь. Я должен знать, что намерения не важный фактор. Важны мои действия.
— Ты не пользуешься мной.
Эрин чувствует себя шокированной, опустошённой. И в каком-то роде, обиженной. Будто она ребёнок, неспособный сделать свой собственный выбор.
Он строит гримасу, кажется, прочитав её мысли.
— Я не это хотел сказать... но намерения на самом деле не важны. У тебя есть все права злиться, но, надеюсь, ты поймёшь.
Она молчит, ненавидя, что понимает. Эрин любит его прямоту, и именно это видит сейчас.
— Я ненавижу это решение, — говорит он. — В любом случае, я потеряю тебя. Я должен выбрать такой вариант, который будет длиться не долго. Давай сделаем это на пару недель. До Бала факультета. К тому времени уроки закончатся, оценки будут известны, и твой диплом будет закончен. И после этого у нас будет вечность. Ты мне доверяешь, Эрин?
Её сердце разбухает. Конечно, она доверяет ему. А вечность... ну, она сделает практически всё ради вечности с ним. Даже откажется от него на несколько долгих недель.
— Да, — произносит девушка, затем прочищает горло, смущённая официальности своих слов. — Я доверяю тебе. Мы можем с этим справиться.
Его улыбка отражает чистое облегчение.
— Хочешь поехать со мной домой? — выпаливает она.
Приподнимается одна бровь.
— Сейчас?
— Я имею в виду свой родной город. Поедем домой, познакомишься с моей мамой. Так будет лучше, чем если ты познакомишься с ней здесь, где она будет... — сглотнув, она оглядывает его кухню. Толстая лепнина под потолком и приборы из нержавеющей стали. — Ну, она
