У Грега в глазах загорелись озорные огоньки. Он легонько шлепнул ее ладонью по голове.
– Ну как, это помогло? Может быть, мы сможем вылечить тебя. Ну-ка скажи, на чем обрываются твои воспоминания? Что последним запечатлелось в твоей голове?
Энджи напрягла память.
– Слова «полная амнезия».
– Нет, перед этим, – слегка ущипнув ее за руку, сказал Грег.
– Перед этим ничего.
– Нет, такой ответ мы принять не можем, – заявила Лив. – Ты ведь нас помнишь.
Энджи вздохнула.
– Вот все, что я помню: девочка-скаут пошла в поход, утром проснулась в палатке, поговорила с Лив – помнишь? – потом пошла «в кустики» и потерялась в лесу. С тех пор прошло три года. Меня считали мертвой. Потом я оказалась на своей улице. И вот я с вами… Не очень страшно, правда?
– Лично я совершенно разочарована, – сказала Лив, недовольно скривив губы. – Я ожидала чего-то более захватывающего, брутального и пикантного, типа похищения, соблазнения, обольщения, совращения.
– Что значит «обольщение»? – спросила Энджи.
– Нет, серьезно! – не унималась Лив. – Как ты думаешь, может, с тобой действительно случилось что-то ужасное? Может, ты попала в рабство или тебя продали в гарем?
Энджи моментально вспомнила о шрамах, которые были скрыты под свитером и носками.
– Я… Нет. Я не помню.
«Разговор принимает слишком опасный оборот. Нужно сменить тему», – подумала она.
– В гарем попадают только те, у которых вот такие пышные формы, – сказала Энджи и для того, чтобы добавить объема своим вновь приобретенным округлостям, приставила ладони сначала к груди, а потом к бедрам.
Грег следил глазами за движениями ее рук. Он улыбнулся, но не потому, что ему было смешно. Здесь было что-то другое.
– Подожди, – сказал он. – Может быть, ты мертвая? В смысле, стала призраком. Давай-ка проверим.
Протянув руки, он начал щекотать Энджи.
Что же, хотя бы это осталось неизменным. Она по-прежнему смертельно боялась щекотки. Громко хохоча, она свалилась на кровать, чувствуя, как по всему ее телу пробежала нервная дрожь.
Грег не унимался, его пальцы были везде.
– Только мы можем видеть тебя. Ты вернулась для того, чтобы мучить нас и не давать нам покоя, а еще потому, что у тебя на земле остались незаконченные дела, – сказал он.
Лив схватила его за руки, пытаясь остановить.
– Дай нашему несчастному привидению отдышаться. – Она недовольно поморщилась. – Мне кажется, что она сделана из довольно плотной материи и совсем не похожа на невесомый призрак.
– Значит, она зомби! – заявил Грег. Он медленно провел пальцем по надписи, вышитой на свитере Энджи, которая располагалась как раз на уровне груди. Энджи почувствовала, как у нее внутри что-то зазвенело. – Зомби! – воскликнул он и, перевернувшись, согнулся пополам, прижав голову к ее коленям.
– Не ешь меня, Энджи! Не выгрызай мой мозг! – взмолился он.
Его черные локоны щекотали руки Энджи, и ей вдруг захотелось наклониться и поцеловать его. Но на них смотрела Лив, и она сдержала свой порыв.
– Что за бред ты несешь, Грег! – Лив сердито поджала губы. – Ведешь себя, как конченый дебил.
Зазвонил телефон Лив.
– Что случилось, мама? – вытащив его из кармана, спросила она недовольным тоном. – Ой… я… Я сейчас приеду! – нахмурившись, сказала она и пояснила друзьям: – Совсем вылетело из головы. Я ведь сегодня должна сидеть с детьми. Кстати, Энджи, я могу подвезти тебя домой. Школьный автобус уже уехал.
Энджи поймала взгляд Грега. По его глазам она поняла, что он сейчас думает о том же, о чем и она. У них осталось одно незаконченное дело.
– Ничего страшного. Я могу…
– Я сам отвезу ее, – перебил Энджи Грег. – Мне не трудно, а ты уже и так опаздываешь.
Схватив свой ранец, Лив перебросила его через плечо. Дойдя до двери, она остановилась.
– Ну, я пошла, – сказала она. – Позвони мне, Энджи, когда приедешь домой, – помахав своим телефоном, добавила она. – Номер прежний. Помнишь его?
Еще бы! Энджи набирала его миллион раз.
– Никогда не забуду, – сказала она.
– Тогда, может быть, и все остальное сможешь вспомнить. Ладно. Позвони мне, – снова попросила Лив.
Постояв еще немного, она бросила сердитый взгляд на Грега, развернулась и вышла из комнаты. Через минуту громко хлопнула входная дверь.
Грег снова откинулся на подушку, сцепив руки за головой и вытянув ноги.
– Так это правда? – спросил он. – То, что ты сказала? Или ты просто не хотела при Ливви рассказывать о том, как все было на самом деле? Я тебя понимаю, она такая сплетница!
Энджи хотелось сказать что-нибудь в защиту Ливви – та никогда не выдавала чужие секреты, за ней такое не водилось. Однако Лив ведь тоже могла измениться.
– Да, это правда. У меня в голове образовалась огромная пробка. Я хожу к психотерапевту, она помогает мне избавиться от этой проблемы.
Вспомнив весь тот медицинский бред, все те непонятные слова и фразы, которые она услышала, Энджи поняла, что ей просто не хочется думать об этом, не говоря уже о том, чтобы кого-нибудь посвящать в эти подробности.
– Ты выглядишь просто потрясающе, – сказал Грег. – Должно быть, тебе жилось не так уж плохо.
