Однако это было не совсем так. Она просмотрела огромное множество веб-сайтов. Все это казалось странным, непонятным и неправдоподобным: какие-то люди рассказывали о том, что они пережили, о своих ощущениях. И все это было реальным, не вымышленным. Это и ее реальность. Ее жизнь. И сейчас она живет в режиме разделения времени: делит свою жизнь с кем-то еще, и этот кто-то любит красть в магазинах сексуальное нижнее белье.
– У тебя есть вопросы?
– Всего один миллион, не больше, – сказала Энджи. – Однако самый важный из них – как мне справиться с этим и привести в порядок свою голову. Я не хочу, чтобы у меня были провалы в памяти. Я не хочу находить странные вещи в своем шкафу или на своем теле. Я не хочу делать оскорбительные, унизительные вещи, не хочу, чтобы мне было стыдно за свое поведение. Я хочу вернуть себе свою жизнь. Я хочу сама управлять своей жизнью и поступать так, как считаю нужным.
– Я понимаю. Конечно хочешь. Ты хочешь контролировать ворота, и это вполне естественно.
– Какие ворота?
– Обычно один из персонажей-двойников стоит в сторонке и наблюдает, запоминает и решает, кто должен выйти, появиться в той или иной ситуации, – это привратник или сторож. Он как хозяин и самый большой начальник в главном офисе, который принимает решение, чей выход.
– Великолепно. Как мне получить эту должность? – спросила Энджи. – Чтобы я могла закрыть эти чертовы ворота.
– Тебе поможет терапия, моя дорогая, – сказала доктор Грант, положив на стол блокнот, а потом опустила руки на колени.
– Так поговорите с привратницей! Скажите, что ей самое время уйти в отставку и уступить место новому начальнику.
– Как бы мне хотелось, чтобы все было так просто, Энджи! Все привратники – отшельники, они ведут уединенный, затворнический образ жизни. А твоя привратница никогда не контактирует с нами напрямую, но тем не менее слушает, запоминает и направляет движение.
– Она наблюдает? Слушает?
– Надеюсь, что да, – сказала доктор Грант, заставив себя улыбнуться.
– Это страшно, безумно страшно!
– Я понимаю, почему тебе страшно. Однако помни, что она снова вытолкнула тебя наружу для того, чтобы ты очутилась в реальном мире. Она руководствуется исключительно твоими интересами и искренне считает, что так будет лучше и что ты уже готова к этому.
– Потрясающе! – воскликнула Энджи. Она вдруг поняла, что начала сомневаться. – А я действительно готова?
– Именно поэтому мы здесь, моя дорогая. Мы вместе пытаемся это выяснить.
– Все мы? – едва слышно пробормотала Энджи, подняв руки к голове.
Доктор Грант улыбнулась, и ее улыбка была очень искренней. Она взяла ручку.
– Энджи, сколько тебе лет?
– Тринад… четыр… Черт, я не знаю! На самом деле должно быть шестнадцать.
– Как ты думаешь, что с тобой происходило в течение тех трех лет, которые стерлись из твоей памяти? Есть какие-нибудь… догадки?
Скосив глаза, Энджи посмотрела на серебряное кольцо со странной надписью. Что там было выгравировано? Что-то очень важное. Она попыталась сосредоточиться, стараясь вспомнить это, и сразу почувствовала, как густой туман заволакивает ее мозг. Она покрутила кольцо, подняв его до костяшки пальца, однако ее левая рука резко дернулась в сторону. Она предприняла еще одну попытку, потом еще одну, но ее рука все время увертывалась, отклоняясь в сторону.
– Вы видели это? Доктор, вы видели? – испуганно воскликнула Энджи. – У меня такое чувство, как будто мое тело мне уже не подчиняется, им управляет кто-то другой. Вы должны мне помочь. Прошу вас!
Доктор Грант схватила ее левую руку за запястье.
– Мы не должны снимать кольцо, – совершенно отчетливо произнесла она.
Энджи положила руки на колени, ее сердце по-прежнему лихорадочно билось.
– Кто-то очень боится того, что тайна, связанная с этим кольцом, будет раскрыта, – тихим, мягким голосом сказала доктор Грант. Она смотрела Энджи в глаза. Казалось, что этот пристальный взгляд, словно луч лазера, проникает прямо в ее мозг. – Однако кому-то нужно удостовериться в том, что ты готова к общению, что ты страдаешь от того, что отделилась от общей группы.
Доктор, пристально глядя Энджи в глаза, качалась вперед-назад, то наклоняясь к ней, то отдаляясь от нее. Энджи напряженно следила за ней, стараясь не отрывать взгляд от ее глаз, и вскоре у нее закружилась голова. Она тоже начала качаться в одном ритме с доктором.
Доктор говорила очень тихо, шепча какие-то приятные слова. Энджи пыталась не упустить ни единого слова, и от напряжения у нее звенело в ушах.
– Кто-то должен поговорить с остальными. Позволь мне помочь тебе, и тогда ты сможешь помочь Энджи. Я прошу тебя выйти. Нам нужно поговорить. Энджи может постоять рядом и подождать.
