— Я не об этом… — шепот Фиакра лишает меня воли, а ухо горит, словно мне стыдно или крайне неудобно. — Я о любви между мужчиной и женщиной…
— Я видела, как папа любит маму! — пытаюсь нападать я, делая вид, что не понимаю его намеков.
— Ты была влюблена? Ты любила кого-нибудь? — настаивает мой «жених», усиливая объятия.
— Боишься, что Алтарь умертвит меня в самый торжественный момент? — горько иронизирую я. — А он это сделает, если ты насильно потащишь меня к нему!
— Я тебе безразличен? — добивание шепотом продолжается.
— Конечно, нет! — честно отвечаю я. — Ты в этом чокнутом мире раздражаешь меня более, чем все другие вместе взятые! И это вряд ли любовь!
— Согласен! — Фиакр резко отпускает меня, настолько неожиданно, что я практически падаю, удерживаясь на ногах усилием воли (не хватало еще упасть к его ногам!).
— Если, как вы все говорите, Алтарь не обмануть, то меня ждет мученическая смерть! — эмоционально напоминаю я Решающему. — Выбери кого-то другого!
— Не могу, — несколько сухо говорит он. — Ты Sorcière. Ты спасение Империи. И ты… мне не безразлична. С тобой я испытываю такие эмоции, какие не испытывал ни с кем!
— Эмоции — это не обязательно любовь, — по-менторски, наставительно говорю я. — Ненависть, отвращение, досада, раздражение… Это всё эмоции!
— Врешь! — искренне и горячо отвечает он. — Твои эмоции по отношению ко мне глубже и сильнее!
— Твоя ошибка в том, что ты считаешь меня Sorcière, думаешь, что я спасение твоей Империи! — говорю я, нервно кусая губы. — Не хочу быть виновницей гибели Великой Империи! И я не Sorcière.
— Предположим… — неохотно в который раз соглашается с моими аргументами Фиакр. — Но я в это не верю. Ты настоящая Sorcière. Император и Короли в этом единодушны. История про иномирянку занимательна, но неправдоподобна.
— Врешь! — возвращаю я своему собеседнику его же оценку ситуации. — Ты понимаешь, что что-то нет так, но что именно, ты не понимаешь.
Окаменевшее лицо Фиакра является иллюстрацией того, что он оскорблен.
— Ты просто не хочешь верить в очевидное! — продолжаю я наступать. — Да! У меня на самом деле зеленые глаза! Но это в моем мире совершенно не удивительно! Не эксклюзивно! Зеленые глаза у многих! И я не колдунья! Не Sorcière! Ты понимаешь, что просто убьешь меня у Алтаря?!
Фиакр хмурится, сжимает челюсти.
— Я много думал об этом. Советовался. Я не верю тебе. Ты Sorcière. Твоя сущность — обман. Попытка уничтожить меня и мою Империю.
— Прекрасно! — ехидничаю я. — Великолепный вывод! Тогда отдай меня Бернарду! Он разберется!
— Легенда говорит о том, что союз Sorcière и Решающего спасет Империю! — решительно настаивает Решающий.
— Легенда? — спрашиваю я с иронией. — Вы такие внушаемые? Верите легендам? Правда?
— В нашем мире Магмы и Тьмы всё знание содержится в легендах, — совершенно серьезно отвечает Фиакр. — Это путь знаний. Но мы идем по нему много лет вслепую после исчезновения, а скорее всего, после гибели Главного Надзирающего, владеющего Абсолютным Знанием.
— Я слышала об этом, — сознаюсь я. — Тогда всё еще сложнее! Я могу быть не той, кого ты ищешь и ждешь!
— Я выбрал тебя и сердцем понимаю, что ты — она! — Фиакр говорит абсолютно серьезно. — У нас не было времени привыкнуть друг к другу, но у нас есть предыстория.
— Предыстория? — поражаюсь я его уверенности в правильности происходящего. — Мои прорывы?
— Я не знаю, как это называется… — Фиакр становится серьезным и каким-то торжественным. — Но я чувствовал в эти моменты совершенно идеальное духовное равновесие!
— Это было реакцией на неожиданность! — изо всех сил спорю я. — Я прорывалась, поверь, против своей воли, в этот мир на короткое время и всегда к тебе. Может быть, за этим стоит ваша магическая мафия или моя земная…
— Мафия? — не понимает меня Фиакр.
— Нами кто-то или что-то управляет! — волнуюсь я и пытаюсь убедить его. — Кто-то очень сильный… Нет! Всесильный!
— Всесильность — прерогатива Решающего! — гордо, даже горделиво заявляет Фиакр.
— Это в твоем мире, — примирительно соглашаюсь я. — А во всех остальных мирах свои любимчики.
— Других мирах? — недовольно переспрашивает «жених». — Опять об этом?
— В одну из наших встреч, во время моего прорыва, — продолжаю я, пытаясь извлечь максимум информации из необходимой близости Решающего и его невесты, — ты сказал, что меня послали убить, уничтожить тебя, дословно «приговорили», а твой любимый Бернард швырнул в меня кинжал…
— По словам Бернарда, все Sorcière — это просто оружие в руках Тьмы против Империи, — терпеливо объясняет Фиакр. — Его учение — результат многолетних попыток спасти Империю от поглощения Тьмой. Но Империя бережно хранит легенды… И верит им… В том числе и Император с Его Величествами…