— Что? — не понимаю я. — Что не так?
— Да всё не так! — взволнованная Ирен вскакивает и начинает мерять шагами мою диванную комнату.
Кстати, одну из тех двадцати пяти, что выделил для меня Король Базиль. У меня, по словам Нинон, сама я не проверяла — лень, есть и чайная комната, и кофейная, и три зимних сада, и семь спален, и библиотека, и комната для музицирования, и даже фонтанная. Если застряну в этом мире навсегда — схожу на экскурсию.
— Он знает и ничего не предпринимает?! — Ирен не может упокоиться. — Как же так?! И всё равно хочет вести тебя к Алтарю?
— Как-то так… — устало подтверждаю я. — Сядь! Не мельтеши! Голова уже кружится!
— Я говорил тебе, родная! — Бошар нежно берет руку резко севшей обратно рядом с ним дочери. — И я, и Их Величества это видят и чувствуют! Тебе придется смириться!
— Что чувствуете вы и Их Величества? — подозрительно спрашиваю я.
Ирен закрывает блестящие каким-то непонятным чувством глаза, а Бошар, продолжая гладить ее руку, отвечает тремя словами:
— Господин Решающий влюбился.
— Да ладно! — фыркаю я. — Господин Решающий три горошка на ложку хочет! И девушку, которая приглянулась, и Империю, которая погибает, и меня переиграть и переспорить!
— Подумать только! — по-бабьи начинает причитать Ирен, что совершенно не вяжется с ее утонченной и интеллигентной натурой. — Он знает, но всё равно ведет ее к Алтарю!
— Он знает, но всё равно подвергает меня опасности! — по-другому объясняю я. — Видимо, прижало вашу Империю основательно!
— Ты хочешь рассказать ему про Елену? Опомнись! — Ирен нервно и картинно заламывает руки, что идет ей гораздо больше, чем бабьи причитания. — Она всех нас уничтожит!
— Вот мне интересно… — лихорадочно соображаю я, посчитав, что до венчания осталось меньше шести часов. — Если она такая всесильная, что угрожает вам и мне, причем шантажирует меня жизнью близких, находящихся в ином мире, то почему она не шантажирует самого Решающего?
Мои слова приводят в ужас Бошара:
— Что она может ему сделать? Он самый сильный Маг Империи! Пока она не узнала его имя, он в полной безопасности!
— Хорошо устроился! — возмущаюсь я. — Как с гуся вода! Тогда вы помогайте! Мне нужно вернуться домой и не дать Елене погубить мою семью!
— Что же мы можем сделать? — мягко спрашивает Бошар.
— Но вы же тоже Маг! — эмоционально напоминаю я. — Есть же у вас какие-то сильные ритуалы? Может, мне заболеть? Можете меня чем-нибудь заразить? Свадьбу отложим — выиграем время!
— Я, конечно, Маг, — высокопарно говорит Первый Хранитель, — но не такой сильный, как Решающий и Их Величества. Мое заклинание, наложенное на вас, они почувствуют мгновенно и так же мгновенно снимут его.
— Что мне делать? — растерянно спрашиваю я. — Что?! Замкнутый круг! До венчания имя свое он не назовет — моя семья погибнет. И на венчании не назовет, потому что мне надо называть свое имя первой, настоящее мое имя! Так и говорить — Любовь Сергеевна Тихомирова?! Или Лунет Пэти?! Алтарю пофиг! Оба имени он не примет! Я никак не могу спасти свою семью!
— Я была в такой ситуации, — тихо, контрастно моему крику, говорит Ирен. — У Алтаря… Это страшно и очень больно. А еще… стыдно…
— Зашибись! — отпускаю себя эмоционально. — Вот за что?! Наплевать на стыд! Но боль и страх я не заслужила!
— К моему большому сожалению, дорогие мои, — вздыхает Бошар, вставая, мы ничего не можем с вами сделать! Давайте положимся на судьбу и Магму, которая, возможно, поможет нам!
— Ну уж нет! — не соглашаюсь я с таким исходом. — Кроме вас, у меня помощников нет. Поэтому вы мне и поможете!
Благоразумно помалкиваю по поводу наличия у меня фамильяра. Но от него тоже как от козла молока!
— Что вы можете как Маг? — резко спрашиваю я у Бошара. — Чем промышляете? Можете менять внешность?
— Мой дар — читать людей, как книги! — горделиво сообщает Бошар. — Этот дар передается в моей семье из поколения в поколение! Когда-нибудь у меня будет сын…
— Да? — поражаюсь я, но не информации о сыне, которого еще нет, а словам о даре. — Ну-ка, меня почитайте!
Бошар смущается:
— Сначала я не мог этого сделать, потому что был уверен, что вы — Обещанная, — терпеливо объясняет Хранитель. — Закон Империи запрещает Хранителям читать своих подопечных.
— А потом?
— А потом, когда я понял, что вы, как и Ирен, не из нашего мира, — Бошар нервно сглатывает. — Я пытался… Честное слово… Но… Ничего… Только шум… Никаких мыслей и никакой информации… Простите…
— Сомнительный комплимент… — нервно шучу я. — Мымра Борисовна была бы рада тому, что ваше и ее мнение обо мне совпадают! Она мне частенько говорила, что у меня пустая черепушка. И это я была ее самой лучшей ученицей!
Увидев недоумение в глазах обоих, объясняю только Ирен, Бошар всё равно не поймет:
— Училка моя по математике.
Ирен вяло улыбается.
— Всё равно выхода у меня нет! — констатирую я. — Буду пробовать применить то, что придумаю! Мне нужно ваше принципиальное согласие мне помогать!
— Мы поможем! — уверенно обещает Ирен, а Бошар неуверенно кивает.
Оно и понятно! Ирен избавляется от соперницы, а Бошар переживает, чтобы не навредить ей, а не мне.