— Аваков утверждает, что все они предали Украину, никто ничего не хотел делать, они не слушали приказов и т. д.
— Вот я вам приведу пример: Коля Балан, командующий крымским внутренним округом войск, сейчас заместитель командующего Нацгвардии. Он что, предал? На протяжении этих дней никто такую команду не давал абсолютно. Было ощущение, что все отморозились, решений никто принимать не хочет и все спокойно наблюдают за происходящим.
— Где вы были потом? Уехали в Киев?
— Я, наверное, еще дня два был в Крыму, а потом уехал домой в Артемовск.
Что можно сказать о роли Могилева в описываемых событиях? Безусловно, он не был предателем, а в качестве руководителя Крыма в тот момент не мог ни на кого опереться: его «император» бежал, позорно оставив поле боя. Здесь неизбежно напрашивается вопрос: что было бы, если бы Джарты остался жив и ко времени аннексии занимал свое кресло в Кабмине? Все сходятся во мнении, что Джарты не отдал бы чужакам ни пяди «своего». А Украину он считал землей, которая по праву принадлежит «македонцам». Подтверждает эту мысль и Валентина Самар, хорошо знавшая обоих: «У меня нет оснований думать, что Могилев был посвящен в какие-то планы. У меня нет оснований говорить о том, что он играл какую-то роль в осуществлении этих планов, но я могу говорить о том, что он не взял на себя ответственность за изменение ситуации. Да, если бы Джарты был жив, он бы взял на себя такую ответственность».
— Все говорят, что если бы Джарты был жив, он бы не допустил того, что произошло.
— Я думаю, что и ситуация была бы в Крыму совершенно другая. Тем более, никакой Константинов не шастал бы ни в какую Москву. И из Москвы не было бы этих «самолетов дружбы», набитых то попами, то политиками, то откровенными бандитами и спецназом.
— То есть вы хотите сказать, что личностные качества Могилева не позволили…
— Дело не в этом…
— Он все время сейчас говорит, что он ничего не знал.
— Тут другое может быть: ему не хотелось в ссылку вместе с Януковичем. Понятно, что для новой киевской власти он бы никогда не стал не то что своим, а, возможно, и нес бы ответственность за все то, что происходило в Крыму. Никто не знал, какой будет эта власть. Все думали, что действительно все будет по-новому.
Второй момент — психологический. Он привык исполнять приказы. Но Янукович до конца ему не доверял. Почему он, собственно, в Крыму и оказался! По легенде, когда афганцы протестовали в Киеве, Могилев отказался применять против них силу, потому что и там, и там, как якобы он сказал, люди, которые сидели в одних окопах.
— Могилев рассказал мне, что его в последний день, перед бегством, вызывал Янукович. Как вы думаете зачем?
— Я думаю, что он хотел с кем-то обсудить варианты отхода, да, варианты какого-то….
— …Прикрытия в Крыму?
— Прикрытия в Крыму — это раз. Понятно, что там были российские военные. Но ему нужно было знать, какая ситуация в Крыму в целом. Он должен был понимать, сколько людей за него встанут. Но, возможно, все-таки понял, что российскими организациями все делается в интересах президента Путина, а не президента Януковича.
— Могилев также утверждает, что когда Янукович бежал из Харькова в Крым, то даже не позвонил ему… Думаете, правда?
— Я думаю, что это правда. Его же вели уже российские спецслужбы. Путин признал, что они его сопровождали и они сразу уехали в Севастополь. А Севастополь — это уже не Крым. В Киеве не все понимают, насколько это две разные «страны» — Севастополь и АРК, то есть это даже не отношения Москвы и Питера, это совершенно другая парафия. Могилев на нее не влиял. Я допускаю, что Януковичу вообще запретили с кем-либо общаться, для того чтобы не запеленговали, где он находится, так что это вполне естественно.
— Что делала СБУ и другие силовые структуры вплоть до того момента, как были захвачены парламент и Кабмин?
— В СБУ жгли документы, мы на сайте Центра журналистских расследований публиковали это, фотографии давали где-то в 20-х числах февраля. На фото видно, как они во дворике жгут что-то.
— Что они жгли, как вы думаете?
— Думаю, что это были оперативные материалы, возможно, расшифровки прослушки, последнее время они следили за евро-майдановцами… Мы с Чубаровым смеялись, что это распечатки наших разговоров.
— Не исключено, кстати.
