«Allez», заорал во всё горло мужчина, выбросил сигарету и поспешил убрать свою задницу из круга. Ну, можно, так можно. Я пошёл на сближение, а эта гора мышц только оскалилась мне в глаза. Бью правой, потом пытаюсь левой. Всё как учили: по кратчайшей траектории в лицо. Не с боку, а по прямой. Оппонент увернулся от обоих ударов, чем изрядно удивил меня, а затем схватил меня левой рукой за глотку, как щенка, и с правой вмазал так, что у меня птички полетели, а я оказался на земле. Встал, но не успел прийти в себя, как тут же мне слева в рёбра влетело три мощнейших удара подряд. Из моего рта вырвалась кровь. Я снова упал. Попытался встать – и тут же снова получил удар с ноги в морду, от чего упал и понял, что удары этого мясокомбината я ощущаю, даже очень. Если не получится переломить ход встречи в свою сторону, он меня просто убьёт.
Я встал и сумел даже немного очухаться. Бугай стоял в стороне и смеялся. Меня качало, и в глазах немного плыло. Поднял руки, перевёл дыхание, сконцентрировался. Быстро приблизившись, враг попытался ударить меня ногой в область груди, какая ошибка, зря ты дал мне очухаться. Я сделал шаг в сторону, потом своей рукой подцепил бьющую ногу и потянул её вверх, а своей ногой подсек его опорную, и нападающий смачно плюхнулся. Добивать я не стал – он имел уже достаточно возможностей прикончить меня, я не могу поступить так подло.
Мой соперник очень удивился, обнаружив себя лежачим, он быстро подскочил на ноги и попытался молниеносно атаковать меня: удар пошёл слева сбоку по направлению в висок, а про защиту мистер и вовсе позабыл. Я поставил блок своей рукой и ребром ладони другой руки резко ударил в кадык атакующему. В связи с моим попаданием, мой оппонент схватился за горло и начал тяжело кряхтеть, а я стоял в полной готовности и ждал дальнейших действий.
Гора мышц попыталась от безысходности своего положения с разбегу поймать меня за корпус и повалить, пришлось быстро отскочить в сторону и хлестким ударом ноги, как футболист пробивает по мячу, шлёпнуть по голеностопу моего соперника, из-за чего тот взвыл и слегка умерил свой пыл. Подойдя в следующий раз, он уже придерживался защиты и лишь хлестким, быстрым ударом пробил мне снова по рёбрам. Было ощутимо больно, но раскрываться сейчас – глупое дело. Сейчас кто даст слабину, тот и проиграет. Наконец, он сбоку как боксёр повёл удар слева, но я увернулся. Тогда он попытался достать меня справа, я увернулся снова и своей левой зарядил ему в область пресса, потом, не ослабляя напор, правой в рёбра – и уже я как дятел бил в одно место с десяток раз, пока гора мышц не повалилась, корча болезненные гримасы.
С трудом встав, он уже не мог продолжать бой: я без особых изощрений бил раз за разом ему в голову, а он только и делал, что пропускал удары и продолжал смотреть на меня. Я сделал примерно десять прямых ударов в лицо, но он не собирался падать. Как же мне не хватает сил, чтобы уложить его. Боец пытался провести очередную атаку, но его координация была уже настолько нарушена, поэтому он просто откинул руку в сторону и без промедлений получил очередной удар в морду.
Когда я уже задумался, как закончить бой, его левая рука неожиданно достигла цели, а затем и правая. Он начал колошматить меня, понимая, что это его последняя серия. Как только он выдохнется, я закончу дело. Удары, что молоты, такое ощущение, что каждый смертельный, и не понятно, как можно после них продолжать стоять на ногах. Пытаясь спастись от этих ударов смерти, я махнул руками вперёд и просто оттолкнул своего обидчика – этого оказалось достаточно: из-за отсутствия сил и сбитого дыхания гора мышц развела руки в стороны, а я обрушил шквал своих пилюль по всему его телу. Я бил в живот, в рёбра, в грудь, в лицо, я просто бил. Сильно, резко, хлёстко, изо всех сил. Как мельница, без остановки, стараясь держать дыхание и вкладываясь в каждый удар.
Во все стороны полетела кровь, я видел, что его лицо превращается в кашу, но я не имел права останавливаться. Честно говоря, я просто мечтал, чтобы он лёг, чтобы бой закончился, потому что мне казалось, что он вот-вот погибнет, но и останавливаться я не собирался, потому что он с лёгкостью мог прикончить меня.
Сила денег или страх перед их держателем? Я не знаю, что двигало этого несчастного продолжать стоять на ногах, но он отказывался падать. Я пытался толкать его, чтобы он упал, но нет: эта накаченная, натренированная глыба хуже скалы, такое ощущение, что её ничем нельзя свалить. Я начал наносить удары сбоку, чтобы раскачать его как-то и, может, хоть случайно уронить, но всё тщетно. Последний удар я нанёс с правой руки сбоку в висок, и бугай замертво упал. Я понял, что он мёртв сразу, как его тело рухнуло. Казалось, у него переломаны все кости. Глаза были открыты, устремлены в одну точку и не моргали. От усталости я согнулся и старался отдышаться, но косо я всё ещё поглядывал на своего несчастного оппонента, который предпочёл смерть поражению. Во всяком случае, я своё дело сделал.
