Были времена, когда подобная фраза, прозвучавшая из уст красивой девушки, наполняла Гришину душу восторгом. Но это было давно, до знакомства с Ярославной. Например, когда бывшая подружка Машка обещала ему сюрприз, это всегда означало одно и то же – секс. Сюрприз, обещанный Ярославной, мог означать что угодно, кроме секса и пива. Проблема заключалась в том, что ничего, кроме секса и пива, Грише уже давно не хотелось. Примерно со времен детского сада.
– И что за сюрприз? – спросил он без особого энтузиазма.
В лучшем случае его ожидало какое-нибудь очередное исконно славянское блюдо без красителей, ароматизаторов, эмульгаторов, усилителей вкуса идентичных натуральным, и прочих вкусных вещей. Гриша кое-как привык питаться по рецептам пращуров, но здоровая кормежка не радовала ни вкусовые рецепторы, ни ливер. В худшем случае Ярославна могла подарить ему книгу и заставить ее читать. В любом случае, сюрприз не сулил положительных эмоций.
– Пойдем, – поманила за собой Ярославна. – Сам увидишь.
Гриша покорно поплелся за ней по однообразным белым коридорам тайного логова опричников. Виляющая перед ним девичья попа неземной красоты вызывала одно раздражение. Эта попа была сродни музейному экспонату, на который можно только глазеть, но руками не трогать. Глазеть Гриша уже устал. Попыток нарушить главное музейное правило он больше не предпринимал – хватило одного раза. Понимал – неприступная Ярославна может ненароком покалечить его, а то и вовсе убить. Рисковать своим родным телом Гриша не хотел. Оно было ему нужно, чтобы с кайфом потратить два миллиона долларов.
Они прошли мимо Гришиных апартаментов, и остановились напротив двери с электронным замком. Ярославна приложила ладонь к специальной пластине, что-то запищало, и замок, щелкнув, открылся. Такие штуки Гриша видел прежде только в кино про фантастику. Впрочем, на фоне ретранслятора (так называлась машина, отправляющая его сознание в параллельную реальность) любые другие электронные примочки казались дешевым отстоем из «детского мира».
За дверью оказалась уютная двухкомнатная квартирка со всеми удобствами. Гриша, как дикарь, приведенный из пещеры, уставился на телевизор, затем на компьютер. Мебель была дорогой и красивой, на многочисленных полках стояли книги. На одной из стен висела картина, списанная, как показалось Грише, с пятидесятикопеечной монеты. На ней был изображен мужик верхом на коне, протыкающий палкой гигантскую глисту.
– Это Георгий Победоносец, – подсказала Ярославна, проследив за Гришиным взглядом. – Знаешь что-нибудь о нем?
Гриша громко кашлянул, давая тем самым понять, что задавать подобные вопросы молодому человеку его социального положения, образования и круга общения просто неприлично.
– Георгий Победоносец – мифический герой, – объяснила Ярославна. – Согласно легенде, он уничтожил некого монстра, змея. Понятное дело, что за прошедшие века истинная история исказилась, превратившись в очередную красивую сказку, рассказанную на христианский лад. В руке у Георгия появилось обычное копье, сам он стал святым, а змей символизирует языческую веру. Но на самом деле змей был, и не какой-то символический, а самый настоящий. И сразил его Георгий не копьем, а жезлом Перуна. Только назывался он иначе.
– Иначе?
– Да. Этот предмет встречается в фольклоре разных народов. Молния Зевса, копье Одина, дротик Индры…. Названий много, но речь идет об одном и том же предмете. Жезл Перуна – наследие древней цивилизации, прекратившей свое существование двенадцать тысяч лет назад.
– Давно, – равнодушно прозвучал Гриша. – Так это и был твой сюрприз?
– Нет, – засмеялась Ярославна. – Сюрприз вон там.
Она подвела его к столу, на котором стояла небольшая картонная коробка. Ярославна сунула руку внутрь, и вытащила – Гриша глазам своим не поверил – настоящий сочный гамбургер мичуринских размеров.
– Это мне? – не веря своему счастью, спросил Гриша, не сводя голодных глаз со своего любимого лакомства. Всякие глупые люди верили, что гамбургеры вредны, что от них толстеют, глупеют, болеют и стареют, но Гриша знал правду. Старели, болели и глупели не от гамбургеров, а от работы. Гамбургер же являлся вкусным и полезным источником жизненных сил. Полезнее гамбургера были только сухарики со вкусом хрена и чеснока.
– Да, это тебе, – кивнула Ярославна.
– И я могу его съесть? – недоверчиво глядя на девушку, спросил Гриша.
– Можешь.
– Прямо сейчас?
– Да.
– И ты меня за это не ударишь?
Ярославна протянула ему гамбургер. Гриша вцепился в него мертвой хваткой, и тут же вонзил в нежную плоть добычи свои молодые крепкие зубы.
– Боже, сейчас кончу! – простонал Гриша с набитым ртом. – Давно бы так. А то заладила – вредная еда, вредная еда…. Вреднее ваших коктейлей из сока подорожника и отвара лопуха еще ничего не придумали.
Гриша хотел бы потребить гамбургер в священной тишине, наслаждаясь каждым мигом неземного блаженства, но Ярославна опять зачем-то стала рассказывать ему о жезле Перуна и прочих неинтересных вещах.
