Однако бой длился всего несколько секунд. Пропустив не очень сильный хук в корпус, Бугров согнулся в три погибели, прикрыв голову обеими руками. И хотя следующий удар пришелся в предплечье, сержант сразу рухнул на землю. И уже не поднимался до счета «десять».
Якуб, убрав с лица довольную усмешку, приблизился к Латыпову. Тот стоял с полуопущенными руками и тяжело дышал. Кровь струилась по бороде, а также по виску – из рассеченной брови. Увидев Стратега, Сергей выдохнул:
– Ты видел? Все по правилам.
– По правилам, – легко согласился Якуб. – Молодец. Провел, можно сказать, показательный бой.
– Глаша теперь моя?
– Считай, что твоя. Осталось лишь очную ставку со свидетелями из «лесных» устроить.
– Зачем? – с тревогой спросил Сергей.
– Как зачем? Чтобы подтвердили ее личность. Да ты не переживай, это для проформы. Малюта допросит кого надо, закроет дело, я подпишу постановление. Бюрократия, конечно, но куда без нее? Потом оформишь на девчонку ордер, Когорта утвердит – и забирай.
Латыпов вытер над глазом набежавшую кровь и лаконично пообещал:
– Заберу.
– И правильно. Девка она, вроде, неплохая. Пусть рожает солдат для Капитолия… Береги ее, старшина.
Великий Стратег почти не кривил душой, когда обещал Сергею, что тот сможет взять Глашу в наложницы. Почему бы и нет? Тем более что речь пока шла всего лишь о простом обещании. А прежде было необходимо проверить достоверность показаний девушки по поводу схрона, где, якобы, скрывались лесные люди. И факт смерти ее отца, вождя Еремея, тоже требовалось удостоверить. Труп, конечно, могли обгрызть осмы. Но какие-то же следы должны сохраниться…
Глаша сообщила, что еле вырвалась, когда на них с отцом напали осмы. Значит, убегала она в панике, вещи остались в схроне. И в том числе товар, якобы принадлежавший маркитантам. Осмы его не тронут, им имущество вроде карабинов, пороха и соли ни к чему.
Вот эти все обстоятельства и надо проверить, прежде чем снимать лесовичку с подозрения. И Якуб уже знал, кому поручит разведку – Бугрову, разумеется. Раз не умеет драться, пусть берет пару бойцов и чешет на поиски схрона. А дальше видно будет.
Тим и его команда уже приблизились, в сопровождении Игната, к ограждению, когда их догнала запыхавшаяся Марфа.
– Ну-ка притормози, – сказала она, схватив Тима за локоть. – Пару слов сказать надо.
Игнат покосился на ключницу, но вмешиваться не стал. Дошел вместе с Чуром и Михасем до распахнутой калитки и остановился в ожидании Тима.
– Здравствуй, – сказал Тим.
Он не то чтобы обрадовался, увидев грудастую Марфу, но ему стало веселей. Все не чужая. И к нему, вроде бы, неплохо относится. Вон, поварихе вчера велела его как следует накормить. Хотя та и злая оказалась, как крысособака, но кость с мясом дала.
– И тебе не хворать, – отозвалась Марфа, внимательно оглядывая Тима. – Ты как? Что с ранами?
– Нормально, – бодро заявил Тим.
– Нормально, это как?
– Плечо немного болит. А нога – нет.
Ключница озадаченно покачала головой:
– Да, Тим. Ты просто аномалия какая-то… Я вот что пришла, еле успела. Ты это, возьми на всякий случай. – Она достала из напоясной сумки маленький круглый шарик темного цвета и запихнула его Тиму в карман штанов. – Сразу не глотай, смотри по обстановке.
– Что это?
– Помнишь, я тебе вчера говорила, что у меня другой допинг есть? Так вот, этот шарик резко стимулирует человека.
– Стимулирует?
– Ну, силы дает. Мы эту штуку «дрюк» называем.
– Дрюк?
– Ну да, потому что он моментально вздрючивает. Но ты его держи на всякий случай, если совсем туго придется. Это дорогая вещь, потому что в нем редкие вещества. Из селезенки бага и… В общем, редкие.
– Я отработаю, – сказал Тим.
Марфа хмыкнула:
– Кто бы сомневался… Ну, давай, топай.
– Ты Алену сегодня видела? – торопливо спросил Тим. – Как она?
– Видела. Все в порядке. Привет тебе передавала. Давай, Игнат тебя ждет. Порви их там всех.
– Порву, – сказал Тим.
Настроение резко улучшилось. Он уже не думал о том, что маркитанты его все время норовят обмануть. Главное, что с Аленой все в порядке. И ради этого он готов драться хоть каждый день – с кем угодно и как угодно. Хоть на мечах, хоть на копьях, хоть на этих самых, как их…
– Шуруй сюда, Спартак, – позвал его шпрехшталмейстер.
Тим вышел следом за Игнатом на площадку и обалдел. Ну и ну. Ну и народищу! Они что тут – со всей Зоны Москвы сбежались?..
Трибуны гудели, как растревоженный улей, в ожидании сногсшибательного зрелища. Моросил мелкий противный дождь, налетали – из огромной дыры в стене Стадиона – резкие порывы ветра. Но привычная к различным катаклизмам публика не обращала на погоду никакого внимания. Наоборот, оба сектора были забиты под завязку. Еще бы!
