Из всех людей, соприкоснувшихся с судьбой Берии, лишь один-единственный человек свято верил в его непогрешимость — это законная жена Лаврентия Павловича Нина Теймуразовна. За всю свою долгую жизнь (она прожила 87 лет) она ни разу не усомнилась в том, что все это — грязные домыслы. И понадобились они лишь для того, чтобы очернить имя мужа.
Жена Берии была моложе его на шесть лет. Она была отпрыском дворянского рода по отцовской линии и княжеского — по материнской. В свое время она закончила сельскую школу, после — гимназию. Это была удивительно красивая девушка: блондинка с чудными голубыми глазами.
По словам сына Берии, его родителей познакомил дядя Нины — Саша Гегечкори. Берия сидел вместе с ним в тюрьме, а Нина часто навещала любимого родственника.
Но существует и другая версия знакомства Нины Гегечкори с Лаврентием Берией. Якобы Берия, будучи молодым и горячим, в конце 20-х годов похитил свою красавицу невесту. Он встретил ее в Абхазии, куда прибыл на специальном поезде произвести хозяйственные проверки. Около станции к Лаврентию подошла девушка лет шестнадцати. Она была родом из тех же мест, что и Берия, и пришла к нему просить за брата. Лаврентий Павлович быстро оценил прелести хорошо развитой девушки. Ее пышные формы, чувственный рот, маленькие груди, молодость и невинность быстро привели сластолюбца в соответствующее состояние. Он пригласил ее в свой вагон якобы для того, чтобы поговорить о брате. Там он приказал ей раздеться. Когда девушка начала сопротивляться, попросту изнасиловал ее. Несчастная просидела взаперти несколько дней. Днем ее хорошо кормил ординарец, а по вечерам приходил Берия. Этот факт категорически отрицается сыном Берии. Он настаивает на том, что молодой чекист Лаврентий Берия никогда не имел специального поезда — «не тот уровень». Что ж, может быть, это и неправда. Но если все было именно так, то это самая безобидная «шалость» Берии.
После переезда в Москву семья Берии поселилась в правительственном доме. Однако Сталин, зайдя в гости, остался весьма недоволен условиями их жизни и предложил переселиться в Кремль. Нина наотрез отказалась. «Ладно, — сказал Сталин, — как хотите. Тогда распоряжусь, пусть какой-нибудь особняк подберут».
Тогда же Лаврентий Павлович сменил небольшую дачку по Рублевскому шоссе на приличный домик по соседству с Кагановичем и Орджоникидзе.
По словам Серго, особой роскоши никто себе не позволял. Исключением был маршал Конев, у которого по даче гуляли павлины. Продукты домой привозила специальная служба. Жены членов Политбюро составляли заказы — и им доставляли все необходимое. Сын Берии подчеркивает исключительную скромность их быта: «Лишь один пример: вторых брюк у меня не было. Первую шубу в своей жизни мама получила в подарок от меня, когда я получил Государственную премию». Согласитесь, в это сложно поверить. Трудно представить себе такого высокопоставленного политика бедным. Но даже если речь идет об аскетическом образе жизни, то две пары брюк могут легко вписаться в скромный быт и не стать выражением роскоши.
Дома, в которых жили семьи членов правительства, конечно же охранялись, женам помогали домработницы. Никакими особыми льготами, как утверждает сын Лаврентия Павловича, партийная номенклатура себя не наделяла. В семье Берии служил поваром молодой парень, едва окончивший кулинарный техникум. Его стажировкой занялась Нина Теймуразовна и, не ропща на неопытность юноши, вскоре обучила его кулинарному мастерству. В пище Берия отдавал предпочтение грузинской кухне, хотя особым гурманом не был.
Возвращаясь к любовным похождениям отца, Серго признается лишь в одном случае внебрачной связи Берии. Это была молодая скромная женщина из семьи обычных служащих. Она родила Берии дочь. По словам Берии-младшего, об этой связи он узнал от отца, который в свою очередь просил свято хранить тайну и в случае чего не бросать сестру.
А теперь обратимся к воспоминаниям людей, не состоявших в родстве с Берией.
Они хорошо помнят холодок, пробегавший по спине, когда случалось проходить мимо приземистого особняка, спрятавшегося за высоким забором, что по улице Качалова. Под тяжелым взглядом наружной охраны прохожие прибавляли шаг, стараясь меньше говорить и побыстрее покинуть это место.
Не слишком раскованно чувствовали себя люди и внутри особняка. Вот что пишет Алексей Аджубей — зять Хрущева.
«Однажды в 1947 году я был там на помолвке сына Берии — Серго. Он женился на красавице Марфе Пешковой, внучке Алексея Максимовича Горького. И Марфа, и жених держали себя за столом сдержанно, да и гости не слишком веселились».
Вскоре Нине Теймуразовне пришлось проглотить еще одну горькую пилюлю. Берия привел в дом 17-летнюю любовницу с дочерью. Говорят, мать девушки слегка даже поколотила Дон Жуана, но он мужественно стерпел. Терпела присутствие не-званной гостьи и законная жена. Она была женщиной приветливой и скромной, с завидным мужеством несла свой горестный крест жены Берии. Девица же чувствовала себя в особняке весьма комфортно и не жаловалась.
