Ленин заявил, что, поскольку в Советской стране «разрушена крупная капиталистическая промышленность, поскольку фабрики и заводы стали, пролетариат исчез».
Требовалось создать новый рабочий класс — такой, который бы при всех лишениях его прав даже не помышлял бы о забастовках и всегда был бы доволен условиями своей жизни и работы. И такой новый рабочий класс был создан. Сначала этим творческим процессом занимался Ленин, потом его сменил Сталин. Голод, страх, невежество — вот те инструменты, которыми ваяли безликую массу пролетариев, слепую и глухую ко всем проявлениям несправедливости.
Давайте подведем итоги. Большевики взяли в свое распоряжение страну, которая, отнюдь, не стояла с протянутой рукой на коленях, вымаливать милость у капиталистических иностранных держав. В ней не было холода, голода, разрухи. В ней все отрасли экономики развивались благополучно и по общепринятым правилам.
Но далее: пришли большевики и взяли все, что только возможно было взять. И сделали они это от имени угнетаемого пролетариата. В итоге пролетариат не приобрел для себя никаких материальных благ. И вот тут-то, с переменой власти, в стране начались голод, разруха, нищета. Пролетариат испытывал всяческие лишения, ютился целыми семьями в отобранных у эксплуататоров комнатах, платил непомерные налоги в государственную казну и, наконец, работал, создавая новые материальные блага для этого государства. Нелепо было бы предположить, что Ленин стал бы просить тов. Беленького или кого бы то ни было еще решить трудный жилищный вопрос пролетария Сидорова Петра Ивановича или переселить его в кремлевские апартаменты, в виду того, что он не высыпается по ночам в своей убогой квартире. И уж, тем более, невозможно представить себе, что Ленин поднял бы заработную плату рабочим завода или фабрики, если бы он был свидетелем голодного обморока одного из рабочих этого завода или фабрики. Он просто бы не заметил столь прискорбного факта в силу своей чрезвычайной занятости.
Возникает вопрос: в какую трубу вылетали, а, лучше сказать, в каких подвалах оседали те материальные блага, которые были отобраны у эксплуататоров пролетариата? Возьму на себя смелость оставить этот вопрос без ответа, так как всякий, кто захочет решить его, наверняка, найдет приемлемый для себя ответ.
Чья страна, того и религия.
Известно, что Ленин, с присущей ему резкостью и фанатичностью, не принимал религию, считая ее «одной из самых гнусных вещей, какие только есть на земле». Такому поведению вождя мирового пролетариата не трудно найти логическое объяснение. Однако, сейчас я не буду останавливаться на выяснении причин этого явления, а обращусь к фактам.
Нарком просвещения А. Луначарский, неделю спустя после Октябрьского переворота, подал в Совнарком заявление об отставке, в котором, в частности, писал:
«Я только что услышал от очевидцев, что произошло в Москве. Собор Василия Блаженного, Успенский собор разрушаются. Кремль, где сейчас собраны все важнейшие художественные сокровища Петрограда и Москвы, бомбардируются. Жертв тысячи. Борьба ожесточается до звериной злобы».
Ленину были известны эти кощунственные факты, но он не придавал им такого большого значения, как соратник по партии. Он не видел в них чего-либо из ряда вон выходящего. И он не принял отставки Луначарского. Спустя пятнадцать лет, бывший Нарком просвещения писал о том, как Совнарком подверг его критике: «Как вы можете придавать такое значение тому или другому старому зданию, как бы оно ни было хорошо, когда дело идет об открытии дверей перед таким общественным строем, который способен создать красоту, безмерно превосходящую все, о чем только могли мечтать в прошлом».
«Все, что прошло, — прошлое», — утверждали древние мудрецы. Но для того, чтобы это прошлое, действительно, стало прошлым, нужно было сперва основательно потрудиться.
Ленин был инициатором четырех массовых кампаний, направленных против православия. Первая — ноябрь 1917–1919 гг. заключалась в закрытии монастырей, некоторых церквей, реквизиции их имущества, лишении церкви юридического лица и проч. Вторая — 1919–1920 гг. — означала вскрытие святых мощей. Третья — начиная с конца 1920 г. — способствовала расколу православной церкви, ее разложению изнутри. Четвертая — с начала 1922 г. — явилась разграблением, «очищением» всех «богатых» церквей и расстрелом максимального числа православных священников. Затем работу в этом направлении продолжили верные последователи учений новоявленного «мессии» — Сталин, Хрущев, Брежнев.
Но Ленин понимал, что борьба с православием на Руси, была самым трудным делом из тех, которые он намеревался совершить, чтобы выполнить свое антихристское предназначение. Как быть с народом, одурманенным этим «опиумом»? Как вытеснить из его сознания, души, сердца, непоколебимую веру в Христа?
