Но позже, в мае, митрополит навлек на себя новый гнев, отлучив группу руководителей обновленчества — Введенского, Калиновского и др. — до раскаяния, за захват патриаршей канцелярии в Москве (это случилось после ареста патриарха Тихона), и через несколько дней он и ряд видных церковных деятелей Петроградской епархии были арестованы.
Свидетелем обвинения на суде выступал протоиерей Красницкий вместо Введенского, находившегося в тот момент в больнице с пробитой камнем головой. Камень был брошен почитательницей Вениамина. Защищал митрополита блестящий адвокат Гурович. Он разоблачил Красницкого как активиста и духовника действовавшего до революции черносотенного Союза русского народа, писавшего пасквили об употреблении евреями христианской крови в маце. Пришлось заменить Красницкого обновленцем-протоиереем Боярским, который не оправдал возложенного на него доверия, дав очень положительный отзыв о личности митрополита Вениамина. Гурович, таким образом, доказал невинность митрополита.
«Я счастлив, — сказал Гурович, — что в этот исторический глубоко скорбный для русского духовенства момент я, еврей, могу засвидетельствовать перед всем миром то чувство искренней благодарности, которую питает… весь еврейский народ к русскому православному духовенству за проявленное им в свое время отношение к делу Бейлиса».
Завершая свою речь, Гурович назвал митрополита Вениамина праведником, высказал пророческое предостережение большевикам: «Церковная революция, происшедшая при благословении атеистического начальства, истинных христиан привлечь не может. Народ еще может поверить… Савлу после того, как он, превратившись в Павла… променяет свое богатство на рубище нищего… и муки гонения. Обратные превращения… заклеймляются соответствующим образом… Нет, не сбудутся ожидания, возлагаемые Советской властью на нового «союзника»…
…Если митрополит погибнет за свою веру, за свою безграничную преданность верующим массам, — он станет опаснее для Советской власти, чем теперь… на крови мучеников растет, крепнет и возвеличивается вера».
Но пророческое предостережение адвоката митрополита не было услышано антихристами. Митрополит Вениамин и девять других видных представителей духовенства и ученых были приговорены к смертной казни. Фактически смертный приговор был вынесен до формального судебного процесса. Вместе с митрополитом были расстреляны архимандрит-аскет Сергий (в миру депутат Государственной думы Шеин), профессора И. М. Ковшаров и Ю. Л. Новицкий. Остальным шести, в том числе и будущему митрополиту Петроградскому Григорию (Чукову) смертный приговор был заменен длительным тюремным заключением.
После расстрела митрополита Вениамина Петроградского только авторитет патриарха Тихона препятствовал обновленцам занять ключевые позиции в церковной власти. Упрекая их в сговоре с большевиками, адвокат Гурович был далек от заблуждений. В ночь с 12 на 13 мая начальник конвоя беспрекословно пропустил Введенского, Красницкого, Белкова и псаломщика Стефана Стадника в сопровождении двух сотрудников ГПУ к арестованному Святейшему, который уже лег почивать. Непрошеные гости подняли патриарха с постели и повели с ним беседу.
Первым заговорил Владимир Красницкий, спокойно, без напряжения в голосе:
— На днях, владыка, объявлено одиннадцать смертных приговоров. И кровь этих страдальцев лежит на вас, распространившем 28 февраля прокламацию о сопротивлении изъятию церковных ценностей.
— Это очень тяжелое обвинение, и я его уже слышал на суде, — возразил патриарх Тихон. — Но не ожидал, что духовные лица тоже осуждают меня.
— Ваше послание, — вспылил Введенский, — явилось сигналом к гражданской войне церкви против Советской власти.
— Вы, наверное, не читали его, если так полагаете, — вздохнул Святейший. — Кто же, по-вашему, если не я должен защищать права церкви?
— Мы! — выкрикнул Красницкий. — ибо мы готовы сотрудничать с Советской властью, а вы — ее враг. Вы демонстративно предавали анафеме большевиков, призывали к сокрытию церковного имущества, вы выступали против декрета «о свободе совести», посылали через епископа Гермогена арестованному Николаю Романову благословение и просфоры. Вы именем церкви решили свергнуть Советскую власть.
— Зачем вы пришли ко мне? — перебил увлекшегося «священника» патриарх.
— Мы хотим, чтобы вы отошли от церковной власти, отдав распоряжение о созыве Собора, а до тех пор мы, по распоряжению ВЦИКа, будем управлять вашей канцелярией, — отвечал Введенский.
— Но иереи не имеют права заменять патриарха!
— Но надо передать власть, дела стоят без движения, а вы арестованы и будете преданы суду. Неужто вас не беспокоит дальнейшая судьба России, церкви? Да и товарищ Калинин ждет, о чем мы с вами договоримся. — выдал-таки настоящую цель прихода псаломщик Стефан Стадник.
Делегация предложила Святейшему снять сан, сложить с себя обязанности по управлению церковью и передать канцелярию, печать и прочее имущество им, истинным подвижникам за обновление православия.
