— Ну что ж… Ждать так ждать!.. Можем и обождать!.. Правильно?!
Вопрос относился к пожилому мужчине в очках с обшитой дужкой, в старорежимных штиблетах. Он сидел на кончике стула и с интересом глядел в окно с затейливым переплетом, выходившим на кремлевский двор.
— Кремль… — произнес он задумчиво. — Интересная история… Тут тебе и монастырь… Тут тебе и церковь… И Совет с красным флагом… И тут же сам Ленин находится…
Комендант помолчал, обдумывая что-то свое, потом спросил:
— А у вас эти самые… приспособления… или как их назвать… с собой?
Собеседник полез в карман, достал свернутый сантиметр, огрызок карандаша, растрепанную записную книжицу.
— Вот они, приспособления! Больше ничего не требуется… Снимем мерку, запишем для памяти, а уже потом, когда раскроим материал да сметаем, тогда будет первая примерочка…
— Та-а-ак! — протянул комендант. — Я-то по этим делам не спец. Уже сколько лет состою на казенном довольствии… Вот еще царский донашиваю… — Он поглядел на свой матросский бушлат. — Слыхал, конечно, и пословицу: семь раз примерь, один раз отрежь, и все такое… А нельзя ли иначе? Раз — отмерил, раз — отрезал, — и пошла работа!
— Шить без примерок не положено, — наставительно ответил портной. — Примерка натурально показывает всю видимость одежды. Где подложить ватки, где распустить или убавить!.. От фигуры тоже зависит много. У кого какая фигура… Вы не думайте, что на кавалера шить легче… Иной мужчина капризнее дамы!
— А бывает все-таки, что шьют с одной мерки? — продолжал допытываться комендант.
— Все бывает, — уклончиво ответил портной. — Но уж это… когда вот так! — Он провел рукой по горлу. — А на кого будем шить, вы, товарищ комендант, извиняюсь, так и не сообщили…
Комендант прокашлялся. Чувствовалось, что у него еще нет готового ответа на этот вопрос. Он вытянул из кармана кисет, свернул цигарку, долго возился с зажигалкой. И тут, по-видимому весьма кстати, затрещал телефон. Комендант рывком бросился к аппарату, но тотчас же на лице его изобразилась досада. Отдав распоряжение насчет разгрузки какой-то платформы, он пригрозил, что сам придет проверить.
— А должность у вас всесторонняя! — уважительно заметил портной. — Долго ли мы шли с вами от ворот, а сколько народу к вам обращается…
Комендант охотно согласился с ним. Он заметно старался быть любезным хозяином, но это ему не очень удавалось. То он вскакивал со стула и начинал крупно шагать по комнате, то с беспокойством поглядывал на стенные часы.
Звонок!
Знакомый, металлический четкий голос, точно печатая каждое слово, произнес:
— Товарищ комендант?.. Сейчас мы с Феликсом Эдмундовичем идем к Ильичу на квартиру! Минут через десять приходите туда с вашим товарищем! Мы ждем…
На этот раз комендант сразу повесил трубку и как-то боком взглянул на своего посетителя. Что же все-таки делать? Сказать сейчас или, что называется, в последнюю минуту?!
Пока он раздумывал, большая стрелка на часах вздрогнула и перескочила на целое деление. Он заторопился.
На улице было солнечно, чуть морозно. Ярко поблескивал сквозь поредевшую снежную шапку купол собора, мимо которого они шли. Как и всюду, кремлевские мальчишки играли в снежки. Ехали самые обыкновенные подводы с дровами.
— Ну вот, мы и на месте… Тут, можно сказать, близко… рукою подать! — Комендант говорил чрезвычайно ровным, спокойным голосом. — А шить мы с вами будем на Ленина… на Владимира Ильича… Костюм… то есть тройку…
— Шутите?! — выдохнул портной.
— Нет, не шучу! — ответил комендант. — На самом деле… Да вы не волнуйтесь. Фигура у Ильича подходящая… Росту, правда, невысокого, но прямой, плотненький…
— Разве я про фигуру думаю? — вырвалось у портного. — Эх!..
Комендант взял его под руку:
— Не обижайтесь… Не сказал раньше, чтобы вам… поспокойнее. А волноваться не надо. У Владимира Ильича все просто…
— А чего же вы сами так волнуетесь, товарищ комендант?! Думаете, я не замечаю… Я с самого начала замечаю!
Комендант нахмурился:
— Не отрицаю!.. Имеет место!.. Но только по другому обстоятельству… Тут другая есть линия. — Он нахмурился еще больше, чувствуя, как неубедительно звучат его слова, — Нету времени рассказывать, понимаете, нету…
После покушения на заводе Михельсона Ленин приступил к работе раньше, чем позволило ему здоровье. Врачи потребовали, чтобы он сделал перерыв и уехал в Горки. Пользуясь этим обстоятельством, решено было произвести на квартире Ульяновых ремонт.
— Тяните, тяните с ремонтом, — говорил Свердлов коменданту. — Грех упустить такой редкий случай! Пусть еще несколько дней подышит воздухом…
Комендант тянул. Но как это было трудно! Первое время с Горками не было телефонной связи, а ему частенько приходилось ездить к Ленину с разными поручениями. Владимир Ильич каждый раз нетерпеливо расспрашивал, как идет дело с ремонтом. Комендант отвечал, что вообще-то, так сказать, ремонт, конечно, идет, но задерживает нехватка материалов, время трудное, то одного нет, то другого нет…
