Несколько механизмов подняли экраны замедлителей, сдерживающих термоядерные реакции внутри реактора боевого меха. За креслом и под ногами Коннора начал нарастать более ощущаемый, чем слышимый, шум, ток потёк по схемам, и панель управления ожила. Шкала нагрева показывала холодно-голубые тона боевого меха в состоянии покоя, индикаторы угроз молчали. На нашлемном дисплее напротив его лица загорелось призрачно-прозрачное зелёное изображение. Он отключил коллиматорный индикатор, не желая отвлекаться на него до боя.
— Контроль безопасности, лейтенант Коннор Синклер.
Он подождал, пока компьютер разберёт голос на составляющие и сравнит с хранящейся в памяти копией.
— Спектрограмма голоса подтверждена.
Голос компьютера был мягким, почти женственным, но всё же механическим. Коннор был не из тех, кто предпочитал придавать ему более человеческое звучание. Некоторые мехвоины даже пользовались записями голосов жён или подруг. По мнению Синклера, это была плохая привычка. Боевые мехи были военными машинами, к которым лучше не стоило слишком привязываться.
— Продолжайте процедуру, — уведомил лейтенанта компьютер.
Поскольку спектрограмму можно было подделать, мехвоины часто устанавливали второй слой защиты — кодовую фразу, которую знали только они.
— Мы действительно едины, и нас ждёт новое, светлое будущее, — произнёс Коннор фразу из первого обращения принца Виктора к Звёздной Лиге.
— Подтверждено. Предоставлен полный доступ ко всем функциям.
Щёлкнув переключателем, пилот открыл канал связи с копьём.
— Коннор Синклер на связи и готов к десантированию. Коммандос-один, доложите ситуацию.
Тесса, Кейт и Доминик один за другим подтвердили готовность к десантированию. Коннор переключился на командную частоту «Блэк Хаммера».
— Коммандос-один к десантированию готовы, — доложил он.
Сквозь треск помех донёсся голос офицера по связи межпланетного корабля.
— Все коммандос докладывают о готовности к десантированию. «Эклипс» вышел на нашу траекторию десантирования. Пятнадцать минут до окна для десантирования. Приготовиться к изменениям силы тяжести.
Пятнадцать минут. Коннор потратил это время, повторно проверяя все системы и заодно вооружение. Обе ракетные установки, одна из которых находилась над левым плечом, а вторая была вместо левого предплечья, были в порядке и с полным боезапасом. Диагностика большого лазера в центре и обоих пулемётов подтвердила и их боеспособность.
Восьмидесятимиллиметровая автопушка «Мидрон» в правой руке сигнализировала о неустойчивой неисправности. Синклер прочистил систему подачи боеприпасов, снабжающей оружие снарядами из обеднённого урана, хранящимися в правом боку торса, и перезарядил орудие. Индикатор неисправности потух. С этим было покончено.
Небольшие перепады в силе тяжести подсказали Коннору, что межпланетник маневрирует для выполнения сброса. Главные двигатели ещё раз на мгновение ускорили корабль и смолкли, после чего исчезла искусственная гравитация, вызываемая постоянным ускорением. Боковые двигатели развернули «Блэк Хаммер», создавая карманы микрогравитации, постоянно меняющей направление. Привыкший к твёрдой почве под ногами, командир копья держался, до боли стиснув зубы.
— Коммандос-один, приготовьтесь к высадке. Хорошей охоты, «Дамокл». Обратный отсчёт. Двадцать… девятнадцать…
Компьютер «Бушуокера» получал данные от межпланетного корабля, и компьютерный голос, отчитывающийся о последних проверках, накладывался на обратный отсчёт. Коннор вслушивался в последние цифры, напрягшись перед прыжком.
— Целостность оболочки подтверждена.
— Кривая мощности оптимальна.
— Проверка перед десантированием завершена, все системы в норме. Координаты высадки подтверждены.
Затем на Синклера навалилась большая тяжесть — десантная капсула была рывком выброшена из «Блэк Хаммера». Он не мог дышать, и чувствовал, что его сердце в этот момент также перестало биться. Желудок сжимало.
А затем всё кончилось так же неожиданно, как началось. Десантная капсула, «Бушуокер» и пилот находились в состоянии свободного падения. Только лёгкое покачивание напоминало о том, что капсула начинает входить в верхние слои атмосферы.
Один из вспомогательных экранов в кабине ожил — компьютер подключил его к сенсорам, установленным снаружи капсулы. На нём была видна темнота космоса, усыпанная булавками звёзд, видимых только за пределами атмосферы. Двигатели системы ориентации повернули капсулу, и перед объективом камеры показался «Блэк Хаммер». Межпланетный корабль типа «Юнион» выглядел огромной серо-белой сферой на чёрном фоне, уменьшающейся с каждой секундой. Коннор увидел пятно возле корпуса, что вероятнее всего означало ещё одну запущенную капсулу.
Всё шло по плану.
А затем полетело в тартарары.
Без предупреждения. Если бы Коннор моргнул в этот момент, он бы всё пропустил. Но позже он всё равно был не уверен в реальности того лазурного луча, или его додумал мозг, чтобы объяснить взрыв, расцветший на корпусе межпланетника.
Вспышка, возможно, когерентного света.
