— В итоге я сам додумался, в чем корень явления, — говорит Чубайс. — У девелоперского бизнеса в Москве совершенно фантастические особенности, которых, я думаю, нет вообще ни в одном бизнесе на планете. Московские девелоперы строят все на заемные средства. Потому что в Москве колоссальный разрыв между себестоимостью квадратного метра и рыночной ценой — соответственно, полторы-две тысячи долларов и четыре тысячи долларов в случае с “Федерацией” на момент того разговора. Берешь кредит на сто миллионов долларов, строишь здание, которое продаешь за пятьсот миллионов долларов, себе забираешь четыреста миллионов долларов. В энергетике такого бизнеса действительно нет, и думаю, что не будет. Если капитализация не улетит куда-то в пять раз вверх, что маловероятно.
Только это вовсе не означает, что на электричестве нет никакой возможности заработать, добавляет глава РАО. Стандартная доходность ЕРС-контракта — 15-20 процентов. Производство электроэнергии — в таких же пределах. Да, в обоих случаях трехкратной доходности нет. То есть в электроэнергетике другой бизнес. Не фантастический.
Да еще и с обременениями для инвесторов, придуманными Чубайсом.
— Вот, допустим, я инвестор и у меня миллиард долларов. Я на эти деньги, на миллиард, могу построить тысячу киловатт новых мощностей — либо купить полторы тысячи, а то даже и две. В нормальной рыночной ситуации инвестор конечно же скажет: зачем мне строить новое, я лучше просто куплю существующее. А я вместо этих двух путей придумал им третий путь. Ребята, говорю я им, вот купили вы компанию. Только на те деньги, которые вы потратили (они теперь снова ваши, потому что заведены в принадлежащую вам компанию), вы постройте новые киловатты сами для себя. А я вам скажу, сколько этих киловатт надо, где надо строить, и обяжу вас договором о предоставлении мощности, по которому, если вы не построите, вам будет плохо совсем.
Этот специфический, но работоспособный механизм, по определению председателя правления РАО, разбивает инвестиционный процесс в энергетике на два этапа. Первый этап, который заканчивается вместе с ликвидацией энергетической монополии, — инвестиционный старт. Этап номер два—нормальные инвестиции, которые пойдут в энергетику только в одном случае: если ее рыночная капитализация превзойдет затраты инвесторов на строительство.
— А я считаю, что капитализация все равно вырастет. Только это займет еще год, полтора, может быть, два, — говорит Чубайс. — А сейчас ситуация напоминает мне двигатель, который надо вручную раскручивать. Вот я уже год сижу и кручу эту ручку. Но все-таки в двигателе, а не в колодце, где можно крутить до бесконечности. И я надеюсь, что он заведется.
Московские девелоперы и Чубайс остались друзьями, несмотря на драматические переговоры про трудоустройство и отсутствие бизнеса в энергетике, — Казинец до недавних пор даже продолжал числиться советником председателя правления РАО. Сам Чубайс сейчас с облегчением признает: слава богу, что не пошел тогда по этому пути, с централизованным строительством, — это была бы колоссальная ошибка.
Но тогда он был уверен: все провалено.
— Мой научный руководитель в институте говорил: “Если ты берешь на большое дело человека первого класса, то скоро вокруг него соберутся люди только первого класса. А если ты взял на большое дело человека второго класса, то через некоторое время ты увидишь вокруг него людей третьего, четвертого, пятого и шестого класса. Имей в виду, этот принцип работает везде”. Соответственно вот эти ребята, Полонский и Казинец, были первоклассными менеджерами. Взять вместо них кого-то классом пониже — а зачем, собственно? Риски не меньшие. Такой проект на три триллиона просто организационно поднять чудовищно тяжело. Взять людей второго класса — это все равно что не делать ничего вообще. И я, скрипя зубами, понял, что идею эту реализовать я не в состоянии.
Раскаялся перед своими и сказал: ну что ж, отдадим все на откуп рынку проклятому.
Год после этой истории Чубайс не предпринимал никаких усилий для привлечения проектировщиков, строителей и монтажников в генерирующие компании. Чуть ли не с замиранием сердца читал в отраслевых журналах критические статьи про свою недальновидность. В строительной прессе его ругали за то, что он задумал такие масштабные проекты и не в состоянии оценить, что нашему стройкомплексу их не поднять. “Этот идиот думает, что генераторы на Луне растут. Да нет же, их заводы производят. А у заводов мощность ограниченная, и произвести оборудования, сколько Чубайсу захотелось, они не в состоянии”, — издевались машиностроительные аналитики.
