Если верить пятичасовым новостям на Би-би-си, сегодня действительно была пятница. Последние сообщения: скандал, вспыхнувший в правительстве, был вызван «вчерашним разоблачением»… Я проспала скандал. Потеряла целый день жизни. Меня не оказалось рядом, когда Билли и Кора нуждались во мне. О менингите я знала только одно: от него дети умирают, если болезнь запущена. Ты не могла бы побыть феей-крестной? Не могла бы. Страшно занята была: изо всех сил жалела себя. Вспомнив, как я сидела на скамье в парке и напивалась на глазах у детей, я неловко заерзала. При мысли о том, как я вломилась в холл с краденым халатом, меня передернуло. Неужели я совсем рехнулась? Помню, первую таблетку я приняла потому, что мечтала хоть на время забыть о Бене, Джеймсе, моем бывшем боссе, Себастьяне и прогнать другие мучительные воспоминания. Неизвестно, сколько таблеток я выпила и проснулась ли бы вообще… За окном проносилась набережная. Во рту еще ощущался горький привкус таблеток и жжение от водки, которой я их запивала. Я снова набрала номер Билли. Телефон по-прежнему был отключен. Глядя в безоблачное голубое небо, я представила себе самое худшее.

Я расплатилась с таксистом и выбралась из машины, нетвердо держась на ногах. Шатаясь от слабости, доковыляла до массивных вращающихся дверей больницы. Заметив меня, служащий за полукруглой стойкой извинился перед собеседником, подбежал и предложил мне помощь. Он быстро объяснил, где находится детское отделение, и добавил, что оттуда можно попасть в детскую реанимацию. Добравшись до лифтов, я ткнула в кнопку. Пока кабина плыла вниз, я нервно постукивала ногой, смотрела, как загораются в окошках цифры, проклинала медлительную колымагу и то и дело бросала взгляды на облачко над застекленной крышей больницы. У меня уже глюки или облачко и вправду похоже на?..

Нет, вам она не достанется, думала я, глядя в небо и качая головой. Слышите, вы? Сердце стучало так яростно, что я задыхалась. Наконец двери лифта распахнулись. Заглянув в пустую кабину, я будто приросла к месту. «Давай же», — подгоняла я себя, но ноги не двигались с места. «Вперед!» Опять не подействовало. Двери снова начали закрываться, и, когда сдвинулись наполовину, я просунула между ними ладонь. «Марш в этот долбаный лифт!» — скомандовала я себе. Мысли были мрачнее некуда: о похоронах, гробах, панихидах, соболезнованиях… Все-таки у меня поехала крыша. Почему я не хочу к Коре? Потому что догадываюсь, что меня ждет? Что еще мне предстоит вынести? Мир, конечно, полон обмана, но самые изощренные обманщики — мы сами. Я нажала кнопку нужного этажа.

Если с Корой все хорошо, я навсегда перестану думать о Бене. Если с Корой все хорошо, я забуду о дурацких мечтах. Если с Корой все хорошо, то и со мной все будет хорошо. Пожалуйста, Господи, услышь меня и позаботься о тех, кого я люблю!

Гидравлическая система с шипением пришла в действие, кабина поплыла вверх — один этаж, второй, третий. Наконец двери открылись. Передо мной стояла растрепанная, седая, осунувшаяся женщина. Увидев меня, она разразилась рыданиями. Билли…

<p>18. Ложная тревога</p>

— Она поправится, — всхлипывала Билли.

У меня подкосились ноги.

— Что?

— Все будет хорошо.

С судорожно бьющимся сердцем я вышла из кабины.

— Правда?

— Да! — Билли обняла меня. — Это не менингит, Тесса. Не менингит.

Смысл ее слов дошел до меня не сразу. Я даже сомневалась, что действительно вижу Билли. Да, это ее голос, но она не похожа сама на себя.

— Ты говорила…

— Я чуть не сошла с ума — ей было так плохо! Господи, температура подскочила до небес, она потеряла сознание. Мне уже казалось, что я смотрю на труп. Клянусь, никогда в жизни мне еще не было так страшно. Анализы делали бесконечно долго… — Мы снова обнялись. — Чтобы исключить худшее, взяли пункцию. А я слышала, что менингит… Тесса, мне было так страшно! Прости, надо было сразу позвонить тебе…

— Сейчас ей лучше?

— Ненамного, но у нее не менингит. Положение серьезное, но не смертельно опасное.

— Что у нее?

— Пневмококковая пневмония — обычное явление у детей, которых после рождения выхаживали в инкубаторе. Потому она и не реагировала: просто не могла, бедная моя девочка. Она еще слаба, говорят, ей понадобится физиотерапия, но черт возьми, мы справимся, будем прогреваться каждый день…

Я обхватила ее за плечи, и мы побрели сами не зная куда. Билли испустила протяжный вздох.

— Мне никогда еще не было так страшно, — снова призналась она, прислонившись ко мне.

«И мне тоже», — подумала я.

— Какое облегчение, ты себе не представляешь!

Я переставляла ноги, тупо глядя в пол. Какое там облегчение! Наверное, мой шок еще не прошел, потому что облегчения я не испытывала. Правда, сердце стало биться медленнее, но голова по-прежнему кружилась.

— Извини, что не позвонила тебе, — повторила Билли.

И я не звонила. Я заключала пакт с Богом… Заткнись, Тесса.

— А где ты была? У тебя несколько дней был отключен телефон. Я звонила на домашний, оставляла сообщения швейцару.

Перейти на страницу:

Все книги серии Легкие книги

Похожие книги