— После такого приключения не помешает выпить, — предложил Джеймс. — Я в бар. Что вам принести?
Он обращался к Билли, от чего она совершенно растерялась, и я поспешила познакомить их. Билли не привыкла разговаривать с незнакомыми людьми. Подозреваю, она считает себя невидимкой.
— Может, шампанского? — Я выудила из сумки кредитку. — Отметим фантастический трюк, который ты только что показал.
— Убери, — велел Джеймс так твердо, что я безоговорочно подчинилась. — А тебе что взять, Кора?
Она снова просияла:
— Ананасовый сок, пожалуйста.
— Кора, детка, у них может не быть…
Джеймс перебил меня:
— Это пятизвездочный клуб. Если у них даже ананасового сока нет, значит, звезды им присвоили зря.
— У нас в классе есть девочка, которой тоже зря дают звездочки, — серьезным тоном сообщила Кора. — Видите, так бывает.
— Верно, — подтвердил Джеймс. — Я бы даже сказал — слишком часто.
Кора согласно закивала, сведя бровки.
— Тогда яблочный! Может, яблочный есть.
— Там такая толкотня булками! — предупредила я Билли.
— Мы ненадолго.
— Трудно было добираться?
— Мы давно нигде не бывали вместе. — Билли не стала описывать, как ей удалось провезти Кору в метро, несмотря на субботнюю давку. — Пока собирались, мы танцевали в одних трусах и распевали песни «Хай Файв». Это новая «Абба».
— Сборы всегда лучше, чем сама тусовка. — Я взяла Билли под руку и сжала ладошку Коры. — Помнишь, как мы наряжались целыми часами, чтобы быть не хуже других?
— И пили вино из кружек.
— Или из бутылки, чтобы посуду не мыть, — подхватила я.
— Давно это было.
— А кажется, будто вчера.
— Это тебе так кажется.
Я ткнула ее в бок. Мы дошли до двустворчатых дверей зала.
— Готовы?
Билли и Кора кивнули. Общими усилиями мы открыли дверь, и на нас обрушился шквал звуков. Локтями, плечами и боками я пробила путь к нашему столу. Кора произвела фурор: ее передавали из рук в руки, как бесценную вазу, и наконец она устроилась на коленях у Бена. Бен — ее любимец. Кора знает его лучше, чем всех нас. Мы часто заменяем ей родителей, когда Билли нуждается в отдыхе, а Саша мотается по командировкам.
— А где булки? — спросила Кора.
— Какие булки?
— Которыми толкаются.
Расхохотались все, кроме меня. Я смотрела, как Кора теребит ухо Бена. И гадала, сколько можно брать напрокат чужого ребенка и чужого мужа и считать при том, что я живу не хуже других.
— А где Хэлен и Нейл? — спохватилась Франческа.
Вернулся Джеймс Кент с двумя бутылками шампанского и семью стаканами. Я вскочила:
— Сейчас разыщу Хэлен и притащу с нами выпить.
Возле вип-зоны я подошла к тощей особе. Она демонстративно отводила глаза, поэтому я поспешила объяснить:
— Мне туда не нужно, я просто хочу позвать мою подругу Хэлен Чжао выпить с нами.
— Ее здесь нет.
Я нахмурилась.
— Я точно знаю, — добавила моя собеседница. — Тут был скандал.
— Скандал? — вскинулась я.
— Она перепила. Наверное, сейчас в туалете.
— Жена Нейла Уильямса? Вы уверены?
— Да, его жена. Перед всеми его опозорила.
Меня ужаснула эта фамильярность, напугали возможные причины, встревожили мысли о Хэлен.
— Она недавно родила двойню, — неизвестно зачем сообщила я.
Женщина пожала плечами — я так и не поняла, просто из безразличия или вкладывая в этот жест смысл «тем хуже для нее». А то еще хлеще — «с ней все ясно». Я посочувствовала Хэлен, как никогда прежде. Неудивительно, что она напилась в этом жутком месте, очутившись под стражей худосочной дементорши и ее сотоварищей. Мало что способно разозлить меня так, как попытки разлучить с подругами.
Оставив собеседницу за шнуром, я двинулась к туалетным капсулам. Ни у одной из восьми — ни табличек, ни очередей. Угадать, в которой сейчас Хэлен, было невозможно. Я кружила вокруг туалетов, вытягивая шею каждый раз, когда приоткрывалась дверь. Мысленно называя капсулы «кораблями противника», я курсировала между ними по четкой схеме, наблюдая, как оттуда появляются мужчины и женщины, обычно парами.
Через десять минут я установила, что две капсулы не подают признаков жизни. Однажды я всю свадьбу проторчала в кабинке биотуалета, поэтому знала, что и такое случается. Я подошла к первой капсуле и осторожно постучала. Мне не ответили. Уже собираясь окликнуть Хэлен, я услышала, что внутри кого-то рвет.
— Хэлен, ты в порядке? — выпалила я так громко, что проходящие мимо люди обернулись.
Звуки смолкли. Мне по опыту известно: рвота по команде не прекращается.
— Прошу прощения, — извинилась я перед белой пластиковой дверью и отошла, а неизвестного внутри капсулы снова начало рвать.
Пришлось ждать, пока не разойдутся зеваки, внимание которых я привлекла. Через пять минут дверь той самой капсулы распахнулась, мужчина и женщина вышли, поднялись наверх и влились в толпу, не обменявшись ни единым словом. Неужели почудилось? Или кому-то из двоих здорово досталось в кабинке?
