Охрана утопила самолет, убедив всех, что неудобного преемника Крестного Отца больше нет. Дед сделал вид, что умирает в больнице от горя. А весь близкий круг Семьи поверил в трагедию, не давая врагам, следящим за каждым их шагом, даже усомниться в обратном.
Только беременную дольчезу Крестный Отец решил пощадить.
Задумчиво кивая, синьор Лукрезе смотрел Бальдини прямо в глаза.
– Лоренцо, твои друзья набедокурили и даже прощения не попросили, – с сожалением произнес старик. – Что за времена пошли…
– Крестный Отец, примите мои глубочайшие извинения, – приложил Бальдини руку к сердцу. – Но ваши люди тоже заставили нас заволноваться… Поставки встали. Денег нет. Когда все наладится неясно. А людей-то кормить надо.
Синьор Лукрезе понимающе поджал губы и посмотрел на внука в черном костюме, который стоял в метре от письменного стола.
– Синьор Бальдини, я думаю, мы уже можем закрыть этот вопрос, – благосклонно произнес Сандро. – Ваша цепочка поставок скоро будет восстановлена. Временно потерянная прибыль – будет компенсирована из усиленных новых поставок. Вопросов со стороны ваших конкурентов не будет.
На лице Александра не дрогнул ни один мускул. Ничто не выдало, что он думает о Бальдини на самом деле.
Вырос, паршивец.
Набрался опыта.
Заматерел.
Но самое главное понял, что значит нести ответственность не только за себя, а за всю свою Семью.
По фальшивым документам Сандро добрался в Лондон на обычном, пассажирском самолете. Там узнал, что в порту Антверпена "надежные люди" из клана Лукрезе, уже готовятся сорвать другую цепочку поставок наркотиков, чтобы тоже присоединиться к дележке семейного бизнеса.
Поехал и ликвидировал их.
А после запустил зачистку всех ненадежных кадров, которые были у них на карандаше. Разом.
Конечно, Крестный Отец помогал Сандро руководить всеми процессами, делая вид, что еле живой после сердечного приступа.
А Виктория в Париже просто довела дело до логического конца. Неожиданно действуя быстро и безжалостно, расправляясь с главными заговорщиками. Конечно, синьор Лукрезе рассчитывал на поддержку и опыт дона Агуэро, но оказалось, что дольчеза и сама уже отдала все нужные приказы.
– Лоренцо, – спокойно произнес Крестный Отец. – Я думаю, ты понимаешь, что в связи со всеми этими событиями, условия нашего сотрудничества будут пересмотрены.
– Могу я узнать подробности? – с опаской уточнил Бальдини.
– Конечно, – как само собой разумеющееся, развел руками синьор Лукрезе. – Алессандро тебе все объяснит.
Синьор Лукрезе едва заметно кивнул и по глазам Бальдини было ясно, что он понял, что никто ему ничего не вернет.
Встав из-за стола, он похлопал Бальдини по плечу и ободряюще сказал:
– Но ты не волнуйся, Лоренцо. Я уверен, ты свое еще заработаешь.
Наверное… Но не с Лукрезе точно.
Потому что он проиграл.
Внук сел за его письменный стол, а синьор Лукрезе уверенно направился к выходу. Пора дать дорогу молодым. Постепенно передать все дела и стать консильери, который будет делиться своим опытом и мудростью.
И нянчить правнуков, конечно.
Даст Бог, он застанет детство каждого малыша Сандро. Увидит их крестины, как они сделают первые шаги и услышит, как новые маленькие паршивцы назовут его дедом.
27 июля 19.00
Александр Лукрезе
Едва Лоренцо Бальдини покинул кабинет, как Сандро встал из-за письменного стола Крестного Отца и занял свое место рядом с большим столом для совещаний. И не прошло и минуты, как в просторный кабинет вошли главы всех оставшихся после зачистки Семей клана Лукрезе.
Сердце стучало в груди и замирало, видя как каждый подходил к длинному столу и вставал рядом со своим местом. Даже, когда Сандро первый раз прыгнул с парашютом и ему казалось, что он точно не раскроется, он не нервничал так сильно, как в эти секунды.
Вот он тот самый момент.
Или возглавит Семью сейчас.
Или никогда.
В кабинет властно и уверенно вошел сам Крестный Отец. Олицетворяя самой своей осанкой силу и могущество. Синьор Лукрезе встал рядом со столом и обвел взглядом присутствующих.
– Благодарю всех, что приехали на мой День Рождения, – как хозяин, произнес нонно. – Думаю, все знают о событиях последних дней и долгие вступления будут излишни.
Нонно хмурил белые пушистые брови, а взгляд темно-карих глаз цепко оценивал каждого в кабинете. Будто задавая вопрос, а правильно ли он сделал, что оставил их в живых?
– Мое здоровье и почтенный возраст уже не позволяют мне уделять делам достаточно внимания. А потому, в свете последних событий, я считаю, что мое место должен занять Алессандро Лукрезе, а я перейду должность консильери нашей Семьи.
Особого удивления среди присутствующих не последовало.
– Крестный Отец – не наследная должность, а выборная, – властно продолжил нонно. – А потому, если кто-то против, он может не опасаясь последствий честно высказаться прямо сейчас и выдвинуть альтернативного кандидата.
Некоторое время главы семей напряженно переглядывались. Раньше бы предложили Джиротти или кого-то из Манчини. Но Джиротти оказался предателем и он мертв. А Манчини в критический момент – спасовали.