Крёстная внучка мафии 2 полностью

– Дедуля, у меня свежие новости, – протянула она планшет.

На экране шел прямой эфир выпуска новостей.

– За моей спиной отделение полиции Сан-Лоренцо в Палермо…

Прижимающая к уху наушник девушка, аж пригнулась из-за того, что происходило на улицах города.

– Как вы можете увидеть…

Она снова отшатнулась от грохота, а за ее спиной полетели зажигательные смеси.

– Протестующие забрасывают здание камнями и угрожают.... Вернее уже приступили к поджогам зданию полиции, следом за зданием городской администрации…

За спиной раздался будто взрыв, а девушка невольно снова чуть не присела.

– Франческа, а какая причина? – пытался дозваться до нее ведущий новостей. – Что говорят протестующие? Почему они перешли к таким крайним мерам?

Заплатили им, конечно. А какие еще могут быть варианты?

– По словам митингующих, они так и не дождались от правительства никаких внятных ответов об изменении закона о самообороне. Их не устраивает, что жертва нападения становится преступником…

Неожиданно протестующих начала “сминать” группа полицейских в полном обмундировании. И прямой эфир, естественно, прервался.

– Какой ужас… – грустно вздохнул синьор Лукрезе. – Надеюсь, справедливость восторжествует?

– Она уже уехала, – кивнул Федерико. – Рим тоже захлестнули беспорядки.

– Как много работы… Как мало сотрудников… – сокрушался синьор Лукрезе. – Ну, пойдем выпьем за их здоровье.

Старик развел руками.

– Ну, или за упокой… Тут как повезет…

Виктория Волкова

Стоя посреди винного погреба, я безжалостно подгоняла сотрудников, сжимая в руках обычные наручные часы. Но в такие моменты, ты и без часов особенно остро чувствуешь каждую секунду.

– Форте-форте!

Услышав, как неосторожно поставили на пол ящик с шампанским, которое ставят в номерах как комплимент гостям, я громко крикнула:

– Пиано!

И указав на выход, добавила:

– Форте!

Как ни удивительно, но моего музыкального словарного запаса оказалось вполне достаточно, чтобы руководить работой двадцати человек. “Громче”, “быстрее”, “пошевеливайся” и тому подобное – это forte. А противоположность этим словам – piano.

Конечно, Сандро будет против моей затеи, но работа уже кипела и бурлила, а я не давала никому расслабиться ни на секунду. Кто-то быстро разгружал десятки ящиков с графинами. Другие ставили на них особо ценный груз. Третьи наводили “марафет” для отвода глаз.

А когда таймер в моих руках зазвенел, я громко крикнула:

– По местам!

Рассматривая официантов в винном погребе, я заговорила на английском, а Рино перевел мои слова на итальянский:

– Все телефоны и технику сдать. Каждого из вас обыщет охрана. Все сотрудники должны находиться только здесь. Никто не выходит отсюда до конца мероприятия. Понятно?

Видя по лицам моих работников насколько они не хотят участвовать, я развела руками и сказала по-итальянски:

– Деньги. Много. Понятно?

Улочки Палермо. 19.40

Комиссар Эспозито

Забавно получить ордер на обыск и попасть в пробку по пути к месту преступления.

Комиссар со злостью посигналил машинам впереди. Слева плотное движение и пока не развернуться.

А виной всему протесты.

Люди Лукрезе подожгли здание главной администрации и отделение полиции. Естественно именно отделение Джованни. Митинги у районных администраций тоже не внушают оптимизма. В общем все сотрудники полиции сейчас работают в разных концах города, разгоняя протестующих.

А он с ордером на обыск стоит в пробке и даже не может с места сдвинуться. Хоть с мигалками, хоть без них. Но будто услышав его молитву, поток немного зашевелился и, вырулив между машин, он подобрался к левой полосе.

Заметив грузовик с накрытым брезентом грузом, Джованни невольно опустил стекло и громко спросил:

– А вы что везете?

– Что?! – крикнул пожилой водитель.

– Что в грузовике? – громко повторил Джованни.

– Салюты и фейерверки, – отмахнулся он. – Но мой магазин до понедельника закрыт. Я пока заново учет не проведу – не смогу продать, извините.

– А что так? – заподозрил неладное Джованни.

Странный и этот пожилой дед, и грузовик слишком уж хорошо накрыт. Выглядит, как уголовник с опытом.