Наверное, это гормоны, но как же я хочу к мужу на ручки. Чувствовать, как же вкусненько пахнет его одеколон и…
И конфет.
Хотя нет… Лучше тазик оливье.
Дядя Миша в кресле рядом со мной читал новости на планшете. Эшфорд сидела на диванчике и читала книгу. А я просто уткнулась в телефон. К счастью, интернет в частных самолетах обычно есть.
И не знаю, это чай с ромашкой подействовал или стремительно падающая стоимость наших акций в Китае и Корее. Но я смогла взять себя в руки.
Не время ныть.
Надо подготовиться к аукциону. Будет же странно, если богатая женщина придет туда, не зная, что может купить?
И не прошло и полчаса, как я повернула голову к Эшфорд, больше похожей на живое воплощение богини спокойствия, и тихо спросила:
— Тетя Энн… А какие люди придут на ваш аукцион?
— Настоящие ценители искусства, конечно, — слегка улыбнулась она, не отрываясь от чтения книги.
Я с подозрением спросила:
— То есть Цзяо Ю НАСТОЛЬКО любит искусство, что не прислал своего работника купить понравившийся ему предмет, а ЛИЧНО приехал на аукцион в Париж?
Видя нашу внушительную охрану, я указала в противоположную часть салона самолета.
— Тоже со всей охраной, помощниками и прочими… Да?
Дядя Миша тихо рассмеялся.
— Да, с ним целая делегация должна была приехать!
Подняв на меня взгляд ярко зеленых глаз, Эшфорд лукаво улыбнулась и, подумав, мелодично произнесла:
— В Париж приехала его дочь Ланфэн на международный конкурс композиторов. А Цзяо Ю, как любящий отец, ее сопровождает и, конечно, с гордостью хвастается гениальной дочкой.
Задумчиво кивая, я бросила взгляд на развлекательную программу:
— А на аукцион они придут, чтобы культурно провести время и прикупить что-нибудь особенно понтовое… — я указала пальчиком в каталог лотов. — Например, Страдивари?
— Угу… А ты что планируешь там делать? — даже немного скучающе спросила она.
Зеленые глаза цепко смотрели на меня, а я сделала вид, что мне пришло какое-то сообщение на телефон.
Ждать мужа, конечно. Но Эшфорд никогда не задает вопросов, на которые знает ответ. Она вообще не говорит и не спрашивает ничего лишнего.
— Вики, если твой муж успеет на мероприятие, он сможет встретить Цзяо Ю где-нибудь у бара, — спокойно сказала Эшфорд. — Но деловая встреча у них не согласована заранее, а потому все закончится на том, что они просто поздороваются.
— Но всегда же можно зацепиться за какую-то интересную тему… — не согласилась я.
Энн слегка шевельнула бровью.
— За 25 лет знакомства с семьями Ю и Лукрезе, я ни разу не видела, чтобы они беседовали дольше 2х минут.
Она выразительно на меня посмотрела.
— А если ты или твой муж перейдете к американскому формату «питчинга» за 30 секунд — Цзяо Ю оскорбится. Культура делового общения в странах Азии иная. Уверена твой муж об этом знает. А потому скорее всего…
— Даже то, что мы придем на мероприятие — не сорвет его сделку с Бальдини, — подвела я итог.
Эшфорд кивнула. И уже начиная психовать в душе, я со звоном поставила чашку на блюдце.
— А вы можете хотя бы объяснить, почему Цзяо Ю так негативно относится к Лукрезе? — эмоциональнее, чем нужно спросила я.
— Точно не знаю, — мелодично произнесла Эшфорд. — Могу высказать лишь предположение.
Она изящно перелистнула страницу книги.
— Когда иностранцы собираются развивать свои производства в Китае, они заручаются поддержкой местного покровителя со связями. При Цзяо Ю всегда есть человек, который незаметно переводит каждое неофициальное слово потенциального партнера и это определяет их дальнейшие отношения.
Класс. Расклад лучше не придумаешь.
Я иду одна на мероприятие, где будет китайский мафиози, которого моя свекровь ненароком обидела еще 30 лет назад. Шанс, что муж приедет почти нулевой. И деловую встречу вместо него я не проведу.
Хотя какая деловая встреча? Лично мне хватит просто прийти и уйти без нового позора.
— Вики, имей ввиду… Лоренцо Бальдини тоже там будет, — заметила Эшфорд. — Его жена давно в моем клубе.
Сперва я решила, что она издевается, но в зеленых глазах не было ни капли насмешки. Лишь искренние сожаления.
Блин… Что же делать?
Я в отчаянии уперлась затылком в спинку кресла.
«Думай, Вика, думай… Не бывает безвыходных ситуаций…» — говорила я сама себе. — «Если бы дед мог это уладить по стандартному сценарию, он бы поехал сам на встречу и договорился.»
Машинально я разблокировала экран телефона и снова обновила цены на наши акции.
Черт… График неумолимо ползет вниз.
По опыту жизни с Сандро и дедушкой, я поняла про акции одну важную вещь. Богатые люди, которые покупают и продают акции, при принятии решения основываются на событиях «в кулуарах».
Намечается сделка Бальдини с Цзяо Ю. Все понимают, что ничем хорошим это не закончится. Цена акций падает и сумма нашего долга автоматически растет.
Значит, нужно дать всем повод поверить, что сделка Бальдини и Цзяо Ю не состоится. А там Сандро и дедушка уже что-нибудь придумают.
Нужно как-то заинтересовать Цзяо Ю и произвести хорошее впечатление до того, как он узнает мою фамилию. Чтобы сгладить его негативное отношение к Лукрезе и убедить с нами увидеться еще раз до отъезда в Китай.
Осталась ерунда.
