– Подумай, Карась, как тебе повезло, что я тебя нашёл, а не кто-нибудь из других людей Архимеда. Попадись ты им, тебе пришлось бы вернуть икону в монастырь, а со мной ты получишь полную долю после того, как икона будет продана. Это очень хорошее предложение, так что решайся быстрее.
– Я должен посоветоваться со своими корешами, – немного освоившись, заявил Карась.
– Кого ты называешь корешами, фраерок? Свою шлюху-сестру и её приятеля в рясе? – толстяк рассмеялся и тут же изменился в лице: его глаза сузились, щёки начали лосниться и краснеть.
– Боюсь, что не могу тебе этого позволить, фраер! – услышав, как изменился тон толстяка, долговязый снова достал из кармана «Люгер» и положил его на колени. – Я сделал тебе предложение! Ты либо его примешь, либо…
– Вы не станете отдавать меня Архимеду, если я не приму ваших условий? Я правильно вас понял? Вы меня убьёте?
Толстяк щёлкнул пальцами, и Жила, убрав ствол, достал из голенища сапога узкий финский нож армейского образца.
– Однажды, еще в самом начале тридцатых, мы с Жилой прижали одного нэпмана, – как бы между прочим заявил толстяк. – Он припрятал кое-какое добро и не желал в этом признаваться, хотя мы прекрасно знали, что фраер гонит нам пургу. Жила начал его резать и содрал кожу с лица. Нэпман тут же рассказал всё. Мы нашли рыжьё и камешки, которые он припрятал, а фраер остался без щеки и половины носа.
Толстяк визгливо захихикал, Карась почувствовал резь в животе и вытер вспотевший лоб.
– Я всё понял и согласен на ваши условия. Я покажу вам, где мы храним икону, и мы всё поделим поровну.
Придя домой и узнав, что Илья пропал, она весь вечер не находила себе места, много курила и ругала брата сквозь стиснутые зубы.
– Кто там? – спросила Верка, когда в дверь постучали.
– Это я! Открой!
Услышав знакомый голос, Верка вздохнула с облегчением, но лишь только рука, собиравшаяся отворить задвижку, коснулась холодного металла, Верка застыла в дурном предчувствии.
– Ты один?
– Один! Открывай, я жрать хочу.
Когда вслед за Карасём в комнату ввалились толстяк в шляпе и верзила с каменным лицом, Верка процедила сквозь зубы:
– Я вижу, ты привёл гостей! Боюсь, что их визит стал для меня сюрпризом. Мне определённо нечем их угощать.
Данная реакция Верки рассмешила толстяка.
– О, не стоит беспокоиться! – елейно заявил бандит и замахал руками. – Мы сыты и не станем вас объедать. Предлагать выпить стаканчик нам тоже не нужно.
– Если вам это не нужно, то мне уж точно не помешает. – Карась с раскрасневшимся лицом прошёл на кухню. Он достал из принесённой авоськи бутылку, налил себе полный стакан и опрокинул его, не закусывая. Он закурил и процедил слегка осипшим голосом:
– Они всё знают! Про икону, про всех нас, и, возможно, это нам кстати.
– Что? – воскликнула Верка.
– Это люди Архимеда! Они вычислили меня, и теперь мы должны взять их в долю.
– Взять в долю? С какой это стати?
– Вы не совсем врубаетесь в ситуацию, сударыня! – всё ещё слащавым голоском продолжал толстяк. – Вы в полном дерьме. Вас ищет не только милиция, но и мой приятель Архимед. Шансов выбраться из города с иконой без посторонней помощи у вас нет. Я же, за долю в добыче, готов вам эту помощь предоставить.
– Эти люди могут помочь нам вывезти икону за границу и помочь с её реализацией, – Карась загасил папиросу, махнул ещё полстакана и, отрезав кусок колбасы, набросился на неё.
Савелий, стоя в сторонке, спокойно наблюдал за происходящим.
– И сколько же я должна им отвалить за их так называемую помощь? – спросила Верка.
– Делим куш на пятерых. Каждому равная доля. Согласись, это лучше, чем потерять всё.
Верка рассмеялась:
– Ты идиот! Эти двое переколят нас как гусят, как только я скажу им, где икона.
– Неужели икона не в этой квартире? – как бы между прочим спросил толстяк. – Не думаю, что вы стали бы класть её в тайник. Судя по всему, вы ещё до нашего визита знали, что вас ищут люди Кеши Архимеда, а значит, любое шастанье по городу для вас чревато последствиями. Икона здесь! В этой квартире, и я желаю её видеть!
Толстяк щёлкнул пальцем дважды и достал наган. Долговязый, как дрессированный пудель, по щелчку тоже достал свой пистолет и приставил его к виску всё ещё смирно сидящего Савелия.
– Верка! – закричал Карась, едва не поперхнувшись колбасой. – Ты с ума сошла? Не нужно злить этих людей, лучше довериться им, тогда мы хоть что-то получим, а это лучше чем ничего.
– Да подавитесь же вы все! Вам нужна икона, получайте! – женщина рванулась к шкафу, распахнула её и достала обёрнутый сукном и перевязанный верёвкой свёрток.
