Он вышел. Никто не заходил. Было страшно и отвратительно, но надо было решиться. Я уже сделала шаг, позволила напугать себя, изнасиловать и снова страх. Надо решиться и закончить, а потом забыть, если смогу, да, смогу, смогу, смогу. Я встала. Потерла ладони, теперь они не тряслись, глубоко вздохнула и стала ждать. Не важно, кто там войдет, совершенно не важно. Важно одно. Чтобы он был доволен. Это важно, и я постараюсь это сделать. Что мне для это надо? Да, впрочем, ничего. Просто не думать ни о чем плохом. И тут у меня мелькнула мысль «удовольствие», я повторила ее несколько раз. Да, действительно, удовольствие, вот что надо не ему, а мне. От этого принятого решения я ехидно улыбнулась. Стало легко. Как все просто. Я должна получить больше, чем он того хочет, это моя компенсация за страх. Тело выпрямилось. Я гордо подняла голову, сняла повязку, стряхнула со спину песок и стала ждать.
Дверь отворилась почти бесшумно, удивилась, сперва никого не было видно, темный проем, там выключили свет или все ушли. Я не знаю. Хотелось бы в это верить. Какое-то время ждала неподвижно, никто не шел. Я ждала, но так не могло продолжаться вечно. Понимала, что это не конец, что он так просто не отстанет от меня. Пока я размышляла над этим, в дверном проеме показался силуэт. Разглядеть его мне мешала горящая посреди комнаты лампа. Силуэт расплывался, и глаза слепило. Единственное, что я смогла разглядеть, это то, что он принадлежал молодому юноше. В данный момент больше всего боялась, что придет кто-то более взрослый, а значит тот, кто имеет сексуальный опыт и тогда неизвестно, чем бы снова все закончилось.
Я с облегчением вздохнула. Если это такой же шакал, что уже был здесь, то сейчас я уже была частично готова к этому. Он стоял в проеме и не шевелился, наверное, рассматривает меня. Мне стало неловко, надо действовать и постараться держать контроль. «Какой контроль? О чем, это я вообще говорю, кого хочу обмануть? Себя?!» И все же надо что-то делать, он стоит и не шевелится.
Набралась смелости и сделала первый шаг. Мой первый шаг чуть ли не стал последним, я наступила на камень, и он больно впился в ступню. Услышала свой голос, как я ойкнула, но тут же переступив на другую ногу, удержала от падения свое тело. Улыбнувшись сама себе, сделала следующий шаг. Под ногами было множество острых камней. Осторожно ступая, я продвигалась к двери, туда где в полутени стоял этот юнец.
Обходя лампу, постепенно смогла рассмотреть его. Спортивный костюм, который мне не по карману, кроссовки, не белые, как любит большинство гопников, а ярко-желтые. Такими пользуются, когда бегают по улице, они отлично отражают свет от автомобильных фар. Он действительно спортсмен. Прически нет, просто короткая стрижка и футболка. Я не говорю про глаза, их сперва не увидела, они частично были в тени.
— Заходи, — попросила я его.
Было видно, что он чего-то боится. Сейчас мне не хотелось говорить лишних слов. Не знала, что творится в той темной комнате, она меня пугала, хотелось скорей захлопнуть за ним дверь. Подошла к нему и увидела его глаза, они были растеряны. На какой-то момент я потеряла самообладание. Может все это зря, и он тоже здесь не по своей воле? Но, чтобы это ни было, надо закрыть дверь.
Я подошла к нему вплотную, взяла его за ладонь и потянула на себя. Он сделал шаг, потом еще, осторожно закрыла за ним дверь. Глубокий выдох. Слегка прикрыла глаза, сердце колотило, но дверь уже закрыта, а значит никто не будет подсматривать. Мне легче. Подошла к стулу, что одиноко стоял у стены, взяла его и прислонила к двери так, чтобы он упирался ребром в ручку. Теперь так просто не войти, может это не весть какой замок, но все же, внезапно войти не удастся.
— Тебя как зовут? — спросила я, хотя знала наверняка, что ответа не получу.
Я отошла от него в сторону, краем глаза следя за ним. Начала осматривать помещение. Ничего кроме стола и того перекошенного стула.
— Не говори ничего, просто мне немного страшно, — и помолчав несколько секунд, продолжила. — Ты знаешь почему я здесь? — Мне показалось, что он кивнул. — Ты этого хочешь?
Ответа не было. В душе появилась маленькая надежда, что мне удастся договориться с ним. В какой-то момент я ощутила свою наготу и стало стыдно, что стою вот так перед юношей. Я повернулась к нему спиной.
— Да. — Тихо произнес он. — Да, хочу.
В груди гулко стукнуло, как будто клапан двигателя заело. Потом сердце остановилось, стало дурно и страшно за себя. Через несколько секунд оно завелось и взвыло так сильно, что стало трудно дышать. Я с трудом старалась успокоить сердцебиение. Такое у меня иногда бывало, но редко.
— Может, не стоит, — глотнув воздуха, я добавила — зачем тебе это? — Ответа не было. — У тебя есть девушка?
— Да.
— Ты ее любишь?
— Да.
— Она об этом знает?
— Да.
— А она тебя любит?
— Да.
— Ты хочешь на ней потом жениться? — зачем я устраиваю этот допрос, может, чтобы оттянуть время.
— Думаю, что да.
Он отвечал просто. В голосе не было интонации, и я не могла понять, говорит ли он правду или играет со мной.
