– Нет. Пара десятков, может меньше. Самым тяжелым оказался первый удар, когда тени появились прямо перед нами и начали рубить ребят саблями и протазанами. Хорошо мы вовремя схватились за пистолеты. Смогли дать отпор – будь здоров. Все закончилось довольно быстро, правда, не без потерь. На холме притаились стрелки, и кто-то погнался за ними, а кто-то вернулся в вагоны, чтобы вычистить поезд от этой грязи.
– Мне жаль, что погибли твои друзья.
– Земля им пухом.
– А что с поездом? Мы тронемся или проторчим здесь до утра?
– Сложно сказать, – вздохнул Ричард, возвращая мне оружие. – Набежала стража, инспекторы, лекари и собралась толпа зевак. Сейчас начнется тягомотина – составление протокола, опрос свидетелей, помощь пострадавшим. Так что если хочешь избежать лишних вопросов, советую вернуться в свой вагон и сидеть тихо, точно мышь.
– Мне не нужно лишнее внимание, – кивнул я. – Спасибо, Ричард, что спас мою шкуру. Мы ведь с тобой еще увидимся?
– Всенепременно, Эван, – тот горячо пожал мне руку напоследок. – Всенепременно.
– Мне нужно проведать подруг, – вскочила с места Сильвия и бегом выскочила из вагона.
Я тоже поспешил удалиться.
Ричард постоял какое-то время, сделал новую самокрутку и уселся на свободный стул. Из-за барной стойки торчало бледное лицо повара, который так и не смог прийти в себя после нападения. Заметив его, солдат достал кремень и огниво.
– Ты ведь не против, если я закурю, дружище?
Повар испуганно кивнул.
Сделав первую затяжку, Ричард с удовольствием выдохнул едкий дым и сказал:
– Нас всех ждет до-олгая ночка.
Глава 2
Прибытие
Поезд остановился.
Мрачный проводник проковылял к двери вагона и распахнул ее передо мной. В ходе ночного нападения он получил стрелой в бедро. Наконечник прошел навылет, не задев кость, однако ранение все равно вышло довольно болезненным.
В ту ночь я еще не скоро заснул. Основной бой с тенями шел на улице, но агрессоры проникли и в поезд, а именно в вагон-ресторан и во второй вагон, то есть мой. Так что, вернувшись на свое место, я обнаружил целое сборище злых, заспанных инспекторов, которые накинулись на меня, как светлозары на браконьера. Пришлось отвечать на неудобные вопросы и потратить много времени впустую.
Бабушка, которой я помог принести вещи, пребывала в полном шоке. Лицо бескровное, еле ворочает губами, руки беспрестанно дрожат. Слава Хранителю, ее не тронули. Однако лекари все равно забрали бедняжку в больницу, опасаясь за ее здоровье.
Лишь к третьему часу ночи поезд, наконец, тронулся. В Марбург мы прибыли с большим опозданием, зато я крепко выспался.
На вокзале студенческого городка царила суета.
В воздухе витала смесь эмоций. Коктейль из страха, бессильной ненависти, ярости и боли. Прознав о ночном нападении, народ подвергся массовой истерии. Родственники встречали прибывших и немедленно окружали их заботой и заваливали вопросами. Где-то плакал ребенок. Вдобавок ко всему, жаркое августовское солнце вольготно расположилось на чистом небосводе, накаляя обстановку невероятной духотой. Оно окрашивало картину реальности светло-желтыми оттенками, плясало солнечными зайчиками на кольцах и брошках.
Я шел по перрону, перекинув плащ через руку. Рубаха, расстегнутая на все пуговицы, колыхалась под редкими порывами освежающего ветерка. Локоть чуть побаливал, однако это легкая царапина, кому-то повезло меньше.
Как же жарко!
Я искал глазами Марси. Несмотря на задержку, девушка должна быть проинформирована о моем прибытии. Она слишком ответственна, чтобы не прийти. Что-то случилось! Я чувствовал это сердцем.
Рядом с выходом из вокзала образовалась небольшая давка. Заинтересовавшись, я подошел ближе к центру столпотворения, раздвигая зевак тростью.
Причиной давки была семья шамолов. Мать с сыном стояли поодаль, глядя, как отец вступил в словесную перепалку со стражниками.
Он стоял перед тремя вооруженными людьми, гордо подняв голову. Шамолы – раса вспыльчивая и склонная к агрессии, в чем они не уступают великанам. Поэтому из их представителей получаются отличные воины. Да и вид у шамолов угрожающий: перламутровая кожа, тонкая, словно натянутая на мышцы, без складок и морщин, лысый череп, свинячие, круглые, глубоко посаженные глазки, похожие на две черные бусинки. Нос – два отверстия в виде запятых, а во рту много острых, как игл зубов, которые без труда перекусывают стальную проволоку. Шамолам не требуется оружия, они вполне обходятся своими когтями, которые в мгновение ока отрастают на пару футов, и так же быстро принимают обычный дюймовый размер по воле хозяина.
– Как вы можете защитить мою семью? – говорил глава семейства. – Я не буду жить в стране, в которой страшно отпустить жену и сына одних!
– Успокойтесь, пожалуйста! – попытался урезонить шамола один из стражников.
Но тот не прислушался к голосу разума, еще больше распаляясь:
