«Ты что-то сказала, милая? — быстро запульсировал сгусток, посылая им обеим в мозг режущие волны мыслей. — Да, мы не эстетично выглядим, однако… Так уж прямо и дегенераты? Зачем бросаться оскорбительными словами? Я вполне мог бы стать таким, как ты, если бы ты полюбила меня и подарила часть своей энергии. Меня бы окутало серебристое или золотое сияние. Я унаследовал бы твою красоту. Но шепси всегда презирали нас! Для вас любой кгаллен отвратителен! Тупиковая ветвь, говоришь? А кто, думаешь, уговорил Невидимых пробиться к вам через Завесу, чтобы спасти от полного уничтожения? Кто предоставил вам убежище, когда вы в нем нуждались? Представляешь, как жители Кгалле любят и боготворят вас?»
— Вы любите только себя!
«Неправда! С тех пор, как Завеса разрезала Шепси пополам, кгаллены, оставшись по ту сторону, сходили в одиночестве с ума. Мы почти вымерли, тоскуя по вам. Ваша раса всегда презирала «чужих», потому что мы не имеем свечения, а вы для нас были равны Богам. Мы никогда не хотели, чтобы наши миры разошлись в разные стороны. Мы хотели жить с вами! Хотя бы смотреть издалека, пусть вы всегда отворачивались от нас».
— Подобное маниакальное почитание способно лишь пугать и вызывать отторжение. Прости, Кьют, наши цивилизации должны были идти дальше разными путями. Космос не ошибся, разделив миры. Мы радикально отличаемся от вас, несмотря на первоначальное сходство и происхождение от одного предка. Пусть мы вначале делили одну планету и имели сходный генотип, но… Вас больше интересует не саморазвитие, а возможность украсть энергию у кого-то. Это черта всего вашего рода. Избавьтесь от нее, пока не деградировали.
Разумеется, весь информационный поток ее электромагнитных волн пролетел мимо его плазменной оболочки. На иное Сестра и не рассчитывала. Заставить кгаллена пробудить собственную совесть? Безнадежное занятие.
Впрочем, выпущенная стрела достигла цели. В сознании Кьюта задержалось одно:
— Ты назвала меня по имени? — невозможно поверить, что это подлое существо еще способно радоваться, подумала Даэна, глядя на слегка вспыхнувшую неким подобием свечения желеобразную оболочку. — Ирэн, ты все-таки еще немного… любишь меня?!
«Бежим, Аэ!» — услышала девушка внутри себя и поняла, что способна двигаться. Плененный кгаллен невольно ослабил ментальный контроль.
Даэна побежала назад по неосвещенному сырому коридору, не оглядываясь на страшный звук, раздавшийся за ее спиной. Складывалось впечатление, что вой неожиданно разразившегося Явления достиг предела, и барабанные перепонки сейчас лопнут, но Даэна бежала все скорее, и в конце концов отчаяние брошенного пленника перестало достигать ее.
«Теперь поняла, каков он?» — грустно спросила Сестра, когда обе девушки уже приближались к выходу.
— Да. Он страстно жаждет любви, которой никогда не знал, но сама его сущность отталкивает. Я бы тоже не смогла ответить ему взаимностью, хотя во мне нет к нему ненависти. Я, наверное, простила бы его. Но любить его невозможно. Это замкнутый круг. Он станет другим, если кто-то потянется к нему, но пока он не изменится, к нему невозможно испытывать положительных чувств. Вот что самое страшное. Я не знаю, как ему выбраться из этого круга.
«Он сам не считает, что находится в круге. В том-то и его беда».
Даэна остановилась в задумчивости возле самого выхода из туннеля. Шум бегущего ручья, темнота ночи и свежий воздух, проникавший из-под корней дерева, коснулись ее, но она не спешила выходить наружу.
— Расскажи про ваши расы. Как они разделились? Почему вы стали врагами и обвиняете друг друга в чем-то ужасном? Кажется, это не имеет отношения к твоей личной вражде из-за Брата?
«Не имеет, — мягко отозвалась Сестра. — Но тебе и так трудно жить из-за меня. К чему выслушивать историю давней боли моей цивилизации?»
— Ты спасла меня и назвала своей Сестрой, но мы все еще недостаточно близки. Я многого не знаю, а мне так хочется сделать тебя счастливой! Мы обязательно найдем Шиама. Кем бы он ни стал, где бы ни находился! А сейчас… Позволь узнать больше о вас обоих.
«Хорошо, ты сама попросила».
Ее окутала знакомая мягкая пелена. Они делили с Сестрой одно тело и сознание. Их мысли и чувства переплетались с удивительной легкостью, и все же … Сестра предполагала когда-то ассимилировать ее, но потом пощадила, оставив личность девушки целой и невредимой, несмотря на то, что поддерживать симбиоз на порядок труднее, нежели поглотить чужое естество. И вот сейчас она обменивалась с Даэной своими воспоминаниями, которые случайно уцелели после инициированного Кьютом разрыва узора. Даэне уже было известно, что Сестра когда-то чудом выжила, потеряв любимого, связанного с ней кровной нитью. Даэна не представляла силы и значения подобной связи. В ее личном опыте не содержалось ничего похожего. Однако она вполне могла себе представить, что произошло бы с ней, лишись она вдруг связи с Альризой. Какую мертвую, леденящую, невосполнимую пустоту она бы ощущала!
