Следующие несколько часов прошли как в тумане. Их провели через анфилады величественных залов, каждый из которых мог бы вместить целый замок людей. Вереск видел кузни, где реки расплавленного металла текли по желобам, создавая узоры, похожие на огненные руны. Видел сады кристаллических цветов, растущих в глубоких пещерах, питаемых древней магией. Видел библиотеки, где книги были высечены в пластинах драгоценных металлов.
Но самое невероятное ждало их в тронном зале. Это было место, где само пространство, казалось, пело от напряжения магических сил. Зал был вырезан из цельного алмаза, каждая грань которого отражала и преломляла свет тысячью радужных бликов.
«Теперь вы понимаете», — сказал Торин, когда они достигли его трона, — «почему мы так ревностно храним наши секреты? Подгорное королевство — это не просто город в горе. Это живое сердце самой земли».
Разговор с Цвергином в его древней кузне изменил все. Правда о происхождении кристаллов, о связи Первого Заклинателя и Морока, о настоящей цене, которую придется заплатить за их объединение — все это легло тяжелым бременем на плечи Вереска.
А потом началась подготовка к испытанию. Цвергин выковал для них особое оружие — клинки, способные выдержать мощь древней магии. Лиана получила набор рун, вырезанных из чистейшего горного хрусталя. Сам Вереск прошел через ритуал очищения в священных купелях гномов, где вода, заряженная силой драгоценных камней, подготовила его тело и дух к грядущему испытанию.
«Пещера Вечных Корней ждет», — сказал Торин на закате третьего дня. «Голем-хранитель пробудился. Он чувствует ваше присутствие и готовится к испытанию».
Они стояли у входа в древний туннель, который вел в самое сердце горы. Воздух здесь был густым от магии, а стены слабо пульсировали, словно живые.
«Помните», — произнес Цвергин, передавая Вереску древний амулет, вырезанный из камня, который был старше самих гор. «Кристалл земли — это не просто источник силы. Это ключ к чему-то большему. И цена его получения может оказаться выше, чем вы готовы заплатить».
Лиана сжала руку Вереска. В полумраке туннеля её янтарные глаза светились подобно звездам.
«Что бы ни случилось там, внутри», — прошептала она, — «я с тобой до конца».
Вереск кивнул, чувствуя, как драконья кровь поет в его венах, откликаясь на зов древней магии. Испытание ждало их впереди, и оно должно было определить не только их судьбу, но и судьбу всего мира.
А где-то в глубине горы, в Пещере Вечных Корней, пульсировал зеленым светом кристалл земли, ожидая того, кто окажется достоин его силы.
Они спускались все глубже. Туннель постепенно расширялся, превращаясь в грандиозную пещеру, стены которой были испещрены светящимися прожилками кристаллов. Здесь, в глубине горы, сама реальность казалась иной — более плотной, более… древней.
«Чувствуете?» — прошептал Торин, и его голос эхом отразился от стен. «Песнь камня становится громче. Мы приближаемся к сердцу горы».
Вереск действительно чувствовал. Не просто слышал, а именно чувствовал — глубокую, вибрирующую мелодию, которая, казалось, исходила от самих камней. Она резонировала с драконьей кровью в его венах, создавая странную гармонию.
Внезапно проход закончился, выведя их в колоссальный природный собор. Сталактиты и сталагмиты, отполированные веками, создавали подобие колонн, поддерживающих свод невообразимой высоты. В центре зала возвышался природный алтарь из цельного изумруда, на котором покоился он — кристалл земли.
«Великая Гора…» — выдохнула Лиана. Её глаза расширились при виде открывшегося величия.
Кристалл парил над алтарем, медленно вращаясь вокруг своей оси. Его грани излучали глубокий зеленый свет, в глубине которого, казалось, можно было увидеть древние леса, горные хребты и самую суть земной стихии.
Но не это приковало внимание Вереска. Рядом с алтарем возвышалась исполинская фигура. Голем-хранитель был подобен живой горе — его тело, сложенное из драгоценных камней и древних металлов, пульсировало внутренним светом. Там, где должно было быть лицо, сиял огромный кристалл, в глубине которого двигались загадочные тени.
«Пришедший».
Голос голема не был звуком в привычном понимании. Он словно возникал прямо в сознании, подобно горному обвалу мыслей и образов.
«Ты утверждаешь, что достоин силы земли?»
Вереск сделал шаг вперед. Метка на его ладони пульсировала в такт с сиянием кристалла земли.
«Я пришел не требовать», — произнес он, чувствуя, как каждое слово отзывается в камне вокруг. «Я пришел просить. Мир на пороге тьмы, и кристаллы должны быть собраны вновь».
«Знаем», — прогрохотал голем. «Видим тени, что ползут с севера. Чувствуем, как скверна проникает в корни гор». Его кристаллическая голова склонилась, изучая Вереска. «Но цена велика. Готов ли ты заплатить её?»
«Какую цену?» — спросила Лиана, но Вереск уже знал ответ. Он видел это в знании древней карты, чувствовал это в песне камня вокруг.
«Часть меня», — тихо произнес он. «Кристалл земли потребует часть моей сущности, чтобы освободиться от связи с горой».