— Это ведь очевидно, — сухо ответил Йонас, получая мрачный, издевательский взгляд от принца.
Клео лишь сжала руки в кулаки.
— Каян, может, и зло… Но ведь он может помочь нам победить Амару!
— Он испепелил Лис! — прорычал Йонас. — От неё ничего не осталось, ничего! — он повернулся к Магнусу. — Каян — чистое зло, как и эта дрянь, твоя сестра!
Магнус вскочил на ноги.
— Мне плевать, что случилось, но ты больше никогда не посмеешь так назвать Люцию. Я не позволю тебе…
— И как же ты остановишь? — теперь уже Йонас поднялся и бросился к нему.
— Может, он и не остановит, — в их разговор врезался новый голос, заставляя принца и мятежника замереть. — Но вот я готов попробовать.
На пороге комнаты стоял Кровавый Король.
Король Гай Дамора. Кровавый король. Убийца. Мучительно. Предатель. Враг.
И он стоял перед Йонасом.
Это был не самый простой день на свете, и случилось много всего — да и Лейла оказалась не самым приятным сюрпризом, ведь Йонас был обручён с нею, но всё это растворилось в пустоте, стоило только королю зайти в комнату.
Взгляд Гая остановился на мятежнике.
— Йонас Агеллон. О, я так давно видел тебя в последний раз! Кажется, на свадьбе моего сына.
Йонас внезапно осознал, что мог только смотреть на него — на человека, убившего столько невинных людей.
— Магнус… — голос Клео раздался довольно громко.
— Да, — тон Магнуса теперь был абсолютно спокойным, недовольство по поводу того, что его сестру оскорбили, растворилось в пустоте. — Разве я забыл упомянуть, что нынче путешествую со своим драгоценным отцом?
— Боюсь, что всё-таки забыл, — сухо ответил Йонас, не удостоив его и взглядом.
— Увы, — кивнул король — Но как хорошо, что мой сын всё же привёл сюда своих новых друзей! Жаль только, он в очередной раз забыл предупредить меня о столь любопытных знакомствах… Равно как и о том, что собирается продолжать их тут, дать кров непонятно кому…
Йонас отчаянно пытался сохранять самообладание, не показывать, насколько он ошеломлён.
— Мы не такие уж и новые друзья, как вам кажется.
Король Гай был бледен, лицо его было покрыто синяками — словно кто-то жестоко избил его. И он будто бы случайно отклонился в сторону стены, но в этом было что-то слишком слабое. Слабость в этом жестоком, страшном человеке казалась просто невероятной.
— Вернись наверх, — проронил Магнус.
— Увы, но ты не в силах приказывать мне, — король улыбнулся своей шутке. — Скажи, Магнус, учитывая твоих друзей… Мы ведь все на одной стороне?
Одно только предположение союза с Гаем Дамора казалось Йонасу чем-то кошмарным. И Ник, и Оливия, и все прочие не проронили и слова, но было видно, что и они шокированы.
— Да? — голос Феликса больше походил на сухой рык — будто загнанный зверь внезапно решил порвать тишину в клочья. — Это вы решили после того, как позволили Амаре свалить на меня вину в убийстве её семьи?
Король изогнул тёмную бровь и бросил взгляд на Феликса.
— О, я никогда не позволял Амаре ничего, всё, что она натворила — её решение. К тому же, слишком поздно было вмешиваться, когда всё случилось. Мне сообщили, что ты мёртв, иначе, думаю, я бы сделал всё возможное, чтобы смягчить твою участь.
Феликс упрямо смотрел на него, а в его единственном глазе пылала лютая, холодная злоба.
— Разумеется, Ваше Величество! Как жаль, что я привык сомневаться в вас.
Король устало вздохнул и вновь обратился к Йонасу:
— Вот у тебя-то и есть причины меня ненавидеть. Но стоит выслушать меня и понять, что вместе мы — сила, а враг у нас нынче общий. И это Амара Кортас.
— О, вы о вашей несравненной супруге, — выдавил из себя Йонас.
— Это просто необходимость. Не сомневаюсь, что она уже планирует меня убить, учитывая то, что она уже контролирует Митику, да и солдат у неё куда больше. Посему мне придётся исправлять некоторые свои ошибки, пока есть силы — например, выдворить отсюда Амару.
— Неплохое начало, — позволил себе отметить Йонас.
Король медленно шагнул вперёд, поморщился, будто бы движение вызывало у него жуткую боль, и протянул руку.
— Ну так что же, отложим наши разногласия, пока не достигнем цели?
Если бы Йонас не был столь шокирован, он бы рассмеялся. Кровавый король — тот самый, что обвинил его в убийстве Альтии! — предлагал ему союз.
Йонас обернулся на остальных, что всё так же глядели на короля. Лица Ника и Клео были бледны, Феликс скривился от отвращения. Оливия оставалась бесстрастной, как и всегда, а Энцо, страж Клео, положил руку на рукоять меча. И только Магнус откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, склонил голову набок, будто созерцая, что ж будет дальше.
Йонас наконец-то сжал руку короля и посмотрел ему в глаза.
— Ну что же, Ваше Величество? — он поднялся — и вонзил драгоценный кинжал в его сердце. — Ты, лживая тварь, наконец-то доберёшься до Тёмных Земель…
Король слабо хмыкнул, преодолевая мучительную боль, но Йонас вжимал нож всё глубже и глубже, пока Гай не отшатнулся.
