— И это ключ к грандиозному плану, да, принцесса Люция? Увы, но вы разочаруетесь, увидев, какой она холодной, порочной, кровожадной змеюкой стала! Впрочем, она же Дамора, так что бы будете удивлены, но не разочарованы!
Она лишь смотрела на него.
— Ты Йонас?
— Да.
— А я Селиа, — она подошла к нему, а гнев во взгляде утих, когда она взяла его руки в свои. — Останься с нами, узнай о наших планах. Я уверена, как и мой сын, что мы сможем сотрудничать. Постарайся подумать головой. Вместе мы сильны.
А вдруг она права?
— Я не…
— Оставайся, — попросила Клео. — Прошу, попробуй. Хотя бы ради меня.
Он заглянул в её искренние лазурные глаза.
— Может быть…
Магнус подошёл ближе.
— Вы предлагаете мятежнику остаться тут? — он обратился к бабушке. — Тут? О, я не слышал идеи хуже!
— Я не согласен, — возразил король. — Моя мать права. Мы можем отыскать компромисс, пойти на временные меры… У нас есть враг.
Пусть он и не знал, согласится ли с кем-либо из Дамора, Йонас уже собирался было что-то сказать — но внезапно его прервал дикий яростный рев.
Прогремели громкие шаги на лестнице, и в зал ворвался Таран. В его взгляде пылала дикая ярость.
Кинжал — тот, которым Йонас пытался убить короля, — валялся на земле. Йонас и Таран заметили его одновременно — но второй схватил его и бросился к принцу.
Таран занёс свой кинжал, но принц перехватил его запястье прежде, чем его ранили. Тихо, испуганно вскрикнула Клео.
— Ты мертвец, — прошипел Таран.
Магнус с трудом сдерживал кинжал, ведь Таран застал его врасплох, да и ярость удвоила его силу.
Но Феликс оказался за его спиной и с силой сжал горло мятежника, заставляя его запрокинуть голову.
— Не заставляй меня вновь тебя бить! Тут нет дерева, только железо.
Йонас бросился к нему, вырывая кинжал из рук Тарана.
— Я тебя убью! — прошипел тот Магнусу, когда Феликс потянул его в сторону. — Ты заслужил умереть за всё то, что сделал!
Магнус не проронил ни слова. Он лишь смотрел на парня, и выражение его лица оставалось таким же равнодушным.
— Думаю, все мы заслужили такой смерти, — Йонас застыл между принцем и мятежником. — Но, может быть, не стоит приводить в жизнь все приговоры.
Стальная маска принца пошатнулась — он лишь бросил недоверчивый взгляд на Йонаса.
— Я столь пьян и хорошо фантазирую, или ты и вправду помогаешь спасти мою жизнь?
Йонас только поморщился от этой мысли.
— Ну, мы ведь спутники, — он взглянул на Клео — та испытывала, кажется, дикое облегчение. Конечно, она не хочет крови. Даже Магнуса. — Может быть, я ошибался — и жалел всю свою жизнь или буду жалеть, — но я согласился на временный союз, пока Амара не покинет эти берега.
Он ждал, что скажет Ашур. Крешийский принц оставался мрачным, но кивнул.
— Я согласен. Амара должна заплатить за совершённое. Даже если она считает, что права, это неправильный путь. И я сделаю всё, что смогу.
— Хорошо, — Йонас вновь посмотрел на Тарана, которого всё ещё держал Феликс. — Я понимаю твоё горе и твою ярость, но твоя жажда мести не имеет места быть.
Таран хмуро рванулся к Йонасу, пытаясь отбросить руку Феликса.
— Ты знал, зачем я иду сюда, прежде чем мы покинули крешийские берега!
— Это не значит, что я был согласен. И теперь я принял решение. Ты не тронешь принца Магнуса. Не тогда, когда мы наконец-то договорились.
— Ты слышал, дубина?! — голос Феликса звучал очень грубо, и он крепче сжал Тарана. — Или повторить тебе чуточку медленнее?
— Я отказался от мятежа, чтобы отомстить за брата!
— Мятеж бы был остановлен до своего начала, — покачал головой Ашур.
— Ты не знаешь!
— Знаю. Мне это не нравится, но я знаю. Может быть, однажды империю моего отца разрушат, но нескоро.
— Увидим!
— Конечно.
Таран вновь сердито посмотрел на Йонаса.
— И ты будешь с ними? По своей воле?
— Да, — кивнул Йонас. — И ты тоже можешь остаться, можешь помочь, — он умолк на мгновение. — Но пойми меня правильно. Если ты попытаешься убить принца Магнуса, я убью тебя.
Родич Огня так и не смог точно описать место, где Амара должна была найти свою безграничную мощь. Он говорил ей, что это место, где полыхает волшебство. Место, которое и бессмертные признали точкой, куда стекается вся магия этого мира.
Амара думала не так уж и долго. Она уже успела сказать Карлосу, чтобы он менял планы: никакого Лимерийского дворца не будет. Нет, нет, она отправится на юг, в Пелсию, в отвратительный городок, которым когда-то правил вождь Базилий.
Карлос не посмел возразить — просто сделал всё, что она потребовала. И совсем скоро они были готовы двинуться в путь — пять сотен отборных солдат охраняли императрицу, а для душевного покоя ей хватило и одной Нериссы. И, разумеется, сам Карлос и Курт, которого не следовало отпускать так далеко. И долгое время она смотрела в окно своей кареты, где за спинами стражников льды и снега Лимероса сменялись ссохшейся, мёртвой землёй, на которой нельзя было заметить ни единой травинки — и ни одного животного в округе. Даже птицы не пролетали над головами, и лишь изредка какой-то хищник пересекал простор, скрываясь от людей.
