— Разумеется! Но ведь ты так любезно указал мне на вопросы, о которых я совершенно забыла, а они намного важнее для меня, чем принц! Платья, оранийские празднования… — Амара отмахнулась от него. — Покинешь деревню до захода солнца, Курт, и это не обсуждается. Я приказываю.
Его челюсть напряглась, и она почти ожидала, что сейчас в очередной раз он попытается спорить с нею — тогда придётся отрубить ему ещё одну руку. Она была бы не против.
Но он лишь твёрдо кивнул ей в ответ.
— Как прикажете, Ваше Величество.
Курт быстрым, ровным шагом направился из комнаты, а Амара жестом указала на стражника у двери.
— Проследи, чтобы этот человек действительно выполнил мой приказ.
Стражник низко поклонился и последовал за Куртом — шаг в шаг.
«О, маленькая императрица, ну, мне кажется, ты действительно тут абсолютно всё контролируешь…»
Амара уцепилась за кубок, содрогнувшись от одного звука голоса Каяна, такого неожиданного после его долгого отсутствия — три дня он молчал!
— Нерисса, дорогая, ты тоже пока что можешь быть свободна, — обратилась к ней Амара.
— Как прикажете, императрица, — в отличие от Курта, девушка лишь коротко поклонилась и покинула комнату.
Ах, если бы все были столь послушными и прекрасными, как Нерисса Флоренс, насколько бы краше стала её жизнь! Амара с мягкой улыбкой на губах наблюдала за тем, как её любимая служанка закрывала за собой дверь и только качала головой.
— Ну, когда же придёт время для ритуала?
«И этими словами ты приветствуешь меня после того, как меня столько не было? Я в восторге, моя маленькая императрица!»
— Я не маленькая императрица, — голос её прозвучал более раздражённо. — А Величественная!
«Ты так расстроена… Это из-за меня или из-за этого мира?»
— Я едва не умерла, пока тебя не было. Меня попытались уничтожить повстанцы, в месте, в котором я нахожусь только из-за тебя! А ведь ты обещал, что тут я стану важнее всего на свете…
«Но ведь ты жива, да ещё и так прекрасно выглядишь. Я не слеп — у них, разумеется, ничего не получилось!»
— Спасибо и на этом! — она не могла контролировать своё дикое нетерпение даже в присутствии бога.
«А что же я должен сделать? И что б я мог, если б оказался рядом? Был ли у тебя в руках факел, который мог бы вспыхнуть с такой силой, чтобы повстанцы бросились прочь? Я ведь столько раз говорил тебе, что моя сила почти иссякла в этой гадкой бестелесной форме!»
— Да, хоть об этом ты мне рассказал, — она поднялась и посмотрела на открытую площадь, где погибли пятьдесят три человека — и лучший друг Клео, Ник. Алые пятна крови, цвета волос того парнишки, запятнали землю.
— На самом деле, я никогда не видела твои чары. Ты разве что зажёг несколько свечей и заставил пылать мой камин в Лиимеросе, и всё, ничего больше! Знаешь, сколько всего я слушала о потрясающей магии Родичей? Нет, я совершенно разочарована…
«Маленькая императрица, как я тебя понимаю — ведь жизнь смертного столь коротка и мимолётна, но я вынужден предостеречь тебя — не надо говорить ко мне с таким неуважением…»
Амара старалась не позволить гневу не вспыхнуть в ней вновь.
— Мне стоит вернуться в Крешию, помочь своей бабушке, ведь она осталась наедине с тамошней революцией. А она уже старенькая и не должна нести на себе эту ответственность в таком возрасте…
«Ритуал очень близко, ближе, чем ты думаешь. Я уже собрал те части, что нам предстоит собрать воедино, вот только без жертвы всё равно не обойтись. В этой магии должна быть замешана кровь, ведь она не исходит от самой волшебницы…»
— У меня есть довольно много потенциальных жертв, знаешь… — она ненавидела надеяться, но от его слов на душе стало как-то приятнее. — Так когда же мы начинаем?
«Когда придёт шторм и откроются врата».
Ей хотелось сказать что-нибудь ещё, вот только всё труднее и труднее становилось сдерживаться и не швырнуть бокал в стену с требованием, чтобы он нормально всё пояснил, но её прервал стук в дверь.
— Кто там?
Стражник отворил дверь и низко склонился перед нею.
— Ваше Величество, оранийская принцесса Клейона прибыла к вратам и попросила об аудиенции? Вы согласны разговаривать с нею, или стоит бросить её в яму к остальным?
Амара удивлённо посмотрела на него, не уверенная в том, правильно ли она услышала.
— Она одна?
— У неё с собой один лимерийский стражник, Ваше Величество.
— И больше никого?
— Никого, Ваше Величество.
— Немедленно приведите её ко мне!
— Как прикажете, Ваше Величество.
— Значит, она жива… — пробормотала себе под нос Амара. — Но как же после всего этого можно было добровольно ко мне явиться?
Что это могло означать? Клео была не такой уж и самонадеянной дурой и отлично знала, что Амара жаждала её смерти, особенно если учитывать то, что она натворила несколько недель назад.
«Принцесса Клейона, — протянул Каян. — Какое знакомое имя… Прежде я её уже встречал. Кажется, эту девицу презирает волшебница».
— Думаю, она не единственная в своей ненависти.
«Ты уверена, что её приезд может причинить тебе какой-то вред?»
— А как думаешь ты?
«О… Но ведь сейчас я интересуюсь твоим мнением, а не наоборот, верно?»
