— Я ценю твою правоту и полагаю, что теперь я должна попытаться винить тебя немного меньше за раскроенный череп, — она натянуто улыбнулась. — Полагаю, что я сделала очень многое, дабы добиться твоего доверия. Не убила тебя до сих пор.
— О да, это великий дар.
Амара только рассеянно взглянула на свою бутылку с вином.
— Я никогда врагом тебе не была, Клео.
— Но ты хотела Родичей. И ты была готова отдать всё на свете, чтобы только его заполучить.
— Действительно, — на мгновение Амара даже умолкла. — Но ведь ты назвала Магнуса королём, когда говорила перед людьми, а эта семейка украла твой трон. Зачем же!
Выражение Клео казалось немного странным.
— Я ненавидела своего отца за то, что Митика далась им так легко. В Лимеросе люди не готовы были видеть меня своей королевой — поэтому я выбрала Магнуса. Он вызывает у меня куда меньше отвращения, чем его кровавый отец.
— О, так это случилось совсем не по той причине, что ты в него влюбилась?
— Амара, ты хочешь видеть от меня глупости? Я могу творить их, если пожелаешь. Любовь и политика не имеют между собой ничего общего, тебе так не кажется?
— Не кажется, — она умолкла, всё ещё пристально рассматривая светловолосую девушку. — Милая Клео, почему же ты здесь?
— Потому что знаю — нет на свете такого мужчины, которому ты могла бы довериться. А ведь они вокруг тебя! И так мало женщин действительно правит в этом мире — они только жёны, матери, дочери важных мужчин. Это давно пора менять. У тебя в руках треть всего поднебесного мира, и эта сила за десятилетия увеличится в разы. Думаю, тебе обязательно понадобится помощь, чтобы управлять всей этой махиной.
— И ты… Ты предлагаешь мне эту помощь?
Клео только гордо вскинула подбородок.
— Ты всё верно понимаешь.
— А может… Ты просто придумала очередную уловку, призванную отвлечь меня от истинного смысла твоих слов.
— Отвлечь от чего? — хмыкнула Клео. — Речь ведь идёт не о том, что я говорю, правда?
— О том, чтобы отрубить тебе голову, например, мне бы хотелось подумать. Ты так близко сейчас, что мне не составит труда это сделать — почему же ты рискнула и ждёшь теперь от меня хоть какой-то доброты?
— Доброты? Нет, Амара, только не неё! Если б в тебе была хотя бы капля доброты, я бы считала тебя самой лживой женщиной на свете. Но что же я могу сделать для того, чтобы доказать свою ценность тебе, императрица?
Амара внимательно посмотрела на неё.
— Говори. Я понятия не имею, что именно может помешать мне править, но хочу знать.
Клео закусила губу, но Амара всё ещё внимательно смотрела на неё, ожидая ответа с тем терпением, на которое только была способна. И аквамариновые глаза девушки так пристально смотрели на неё…
— Твой брат жив, — казалось, она целую минуту смотрела в потрясённые глаза Амары. — Не понимаю, почему он всё ещё не прибыл.
Амара шумно вдохнула воздух и прищурилась, глядя на принцессу.
— Это невозможно. Ложь тебе на руку не сыграет, и моё терпение оборвалось! Стража…
Дверь открылась — и Амара с удивлением узрела на пороге Карлоса, а не стражника, который стоял на дежурстве у её двери.
— Императрица, я принёс вам важную новость… — выдохнул он, кажется, едва дыша. — У вас гости у ворот…
— Гони их, — нахмурилась она. — Я не хочу видеть никого, не хочу очередных нежданных гостей! А теперь немедленно уведи эту лживую тварь и запри её в яме, пока я не решу, как именно жажду узреть её смерть!
— Как пожелаете, Ваше Величество… — Карлос заколебался на мгновение. — Но я уверен, что вы жаждете увидеть этого посетителя.
— Он может подождать.
— Ваша Светлость, он ждать не будет, — Карлос обернулся на звонкий голос и тут же рухнул на колени, низко склонив голову.
И Амара, не понимая, как это могло стать реальностью, в неверии глядела, как в комнату проскользнул её покойный брат.
Амара так тихо смотрела на Ашура — и так долго! — что Клео даже показалось, будто бы она обратилась в камень.
— Милая сестра, уверен, ты очень удивлена, что я здесь, — он бросил взгляд на Клео. — А, так ты здесь, моя дорогая Клео…
— Именно, — сердце девушки колотилось в груди. — И я почему-то тебя опередила.
— Да, увы. Но я, впрочем, не спешил, мне надо было немного подумать.
— Удивительно. Обычно мне казалось, что воры спешат поскорее принести то, что украли.
Он только нахмурился.
— Возможно, так и есть.
— Император Кортас, что делать с заключённой? — поинтересовался стражник.
Заключённая. Клео сжалась, понимая, что её путешествие закончилось до того, как она смогла хоть что-то сделать. Надо было вести себя осмотрительнее. Ведь она тоже хороший манипулятор! Следовало завоевать доверие Амары, оказаться ближе к ней, а потом — уничтожить её её же руками.
— Я хочу, чтобы… — Амара запнулась и нахмурилась. — Император?
Охранник не подарил ей ни единого взгляда, лишь внимательно уставился на Ашура.
— Император?
— Оставьте нас наедине, — равнодушно отозвался тот.
Стражник вышел, низко поклонившись, а взгляд принца вновь метнулся к его сестре.
