— Хорошо. — Улыбнувшись, я вложила свою руку в его и пошла следом, отметая мысли о любви и прочем бреде. Ну конечно, я смогу уберечь себя от чувств. Мы с Артемом не будем вместе все время, но пару моих вечеров он скрасить сможет. А после останутся шикарные воспоминания, не всю же жизнь мне бегать от мужчин, однажды напугавшись Виктором?
Возможно, слушая сейчас эти мысли, моя мать точно бы назвала меня тем самым неприличным бранным словом, но… у меня было другое мнение.
Я шла с Артемом Дмитриевичем (надо переставить звать его по имени-отчеству хотя бы в мыслях) не потому, что мне хотелось от него материальных благ, а потому что я желала вновь почувствовать себя живой по-настоящему, вздохнуть полной грудью, пусть даже ненадолго.
Я медленно прикрыла глаза, уже заранее ощущая горечь этого самого “ненадолго”. Интересно, как быстро миллионерам вроде него надоедают такие, как я? Или мне надоест раньше?
— У тебя ведь нет аллергии на морепродукты? — внезапно спросил Артем.
— Нет, — покачала головой я. — Раньше — так уж точно.
— Отлично. Ресторан, в который мы поедем, славится своей кухней.
В этот миг я немного смутилась. В голове тут же нарисовалась сцена из сериала про доярку из Хацапетовки, где она вся такая неотесанная в высшем обществе. Выглядеть так же нелепо мне не хотелось, поэтому я тихо произнесла:
— Артем Дмитриевич, мне очень стыдно признаваться, но боюсь, опозорю вас, если место очень приличное. Я ведь кроме вилки, ложки и ножа остальных приборов не знаю.
— Я тоже, — отозвался шеф. — Точнее — если нужно, то могу поковырять устрицу специальным ножом, но не более того. Все это понты! Поэтому, чтобы всем было комфортно, я продумал и этот момент — зарезервировал отдельный столик в спецкомнате. Кроме нас там никого не будет.
Это немного успокаивало, и все же я переживала. Что платье не такое. Что макияж недостаточно профессионален. Что Артем весь такой ухоженный и на нем, наверное, один только пиджак стоит тысяч тридцать (!), а у меня весь гардероб — вдвое меньше.
Поэтому, когда мы подъехали к комплексу Москва-Сити, мне было вдвойне приятно разочаровываться. На меня никто не смотрел, не показывал пальцем. Наоборот, все приветливо улыбались и мне, и Артему, а когда мы поднялись на шестьдесят третий этаж, нас встретила администратор, и я вовсе почувствовала себя принцессой.
— Приветствую вас в самом романтическом месте Москвы, меня зовут Полина, — начала девушка. — И сегодня вас ждет свидание на высоте птичьего полета, самые незабываемые краски столицы и несколько фотографий на память. Прошу за мной, сейчас провожу вас в ваши апартаменты.
Легким жестом указала она направление и двинулась вперед. У меня же сердце колотилось от ощущения чего-то волшебного…
Доведя нас до дверей, девушка вручила ключ-карту от номера Артему и произнесла:
— Все уже готово, как вы и просили. Нажмите на кнопку вызова, когда будете готовы сделать заказ.
Мой спутник едва заметно кивнул и отправил девушку восвояси, а после сделал неожиданное — отдал ключи мне:
— Думаю, тебе будет интереснее сделать это самой!
Немного подрагивающими руками я приняла карту и поднесла ее к замку, а после, стоило только распахнуть двери и войти, как я обмерла, не зная, куда именно смотреть.
Большая комната с панорамными окнами от пола до потолка будто бы парила в небесах, именно такой огромной казалась высота, на которой мы находились.
Круглый столик у окна был уже сервирован на двоих, звучала медленная романтическая музыка, на пушистом ковре лежали лепестки роз, и всюду — буквально всюду — были маленькие чайные свечи, плавающие в крошечных тарелочках с водой.
Складывалось ощущение, будто тысячи светлячков одновременно уселись отдохнуть именно в этой комнате.
Артем положил руку мне на талию, немного притянув к себе, и шепотом на самое ухо спросил:
— Тебе нравится?
— Да, — едва смогла выдохнуть я, потому что дар речи был потерян.
— Я долго думал, куда именно хочу тебя сводить. Не поверишь, но даже спросил у гугла о самых романтических местах Москвы. А когда увидел фотографии этого места, сразу понял, что хотел бы показать тебе город именно из этой точки.
Он немного подтолкнул меня вперед, потому что я все еще не решалась сделать первый шаг, и подвел к окну, даже стоять рядом с которым было страшно.
— Не бойся, если что — держу, — тепло усмехнулся мужчина, еще крепче обхватив меня сзади. — Лучше посмотри на этот вид.
На Москву уже опустились сумерки, и, казалось бы, город должен начать засыпать. Но Moscow never sleep. Именно так пелось в той песне. Столица только начинала оживать, светиться миллионами огней: фары машин, светофоры, вывески, окна, прожектора, сигнальные фонари на верхушках домов… все это мигало, переливалось покруче кремлевской новогодней елки.
Впрочем, сияние красных звезд Кремля тоже было видно…
— Потрясающе, — произнесла я, обернувшись и глядя Артему в глаза. — Ничего более красивого не видела.
Он улыбнулся.
— Я рад. А теперь давай присядем. Признаться, я зверски голоден.
