– Вы должны стать тем, за кем пойдут люди, – сказала наставница. – Вас должны обожать, любить, чтобы не было соблазна вам противостоять. Вы должны быть воспитанным, любезным и зажигать сердца людей словами, уметь достучаться до каждого.
– Но как я это сделаю? Я в жизни никого не… зажигал словами, – фыркнул Кристофер. – Вот если просто что-нибудь нужно поджечь, это я всегда пожалуйста!..
– Вот поэтому я и даю вам эту книгу. Начнете с заклинаний для чистоты речи, освоите несколько рецептов изготовления отваров храбрости, – я укажу, с каких. А дальше сами разберетесь.
– А если ничего не выйдет? Если я не смогу этому научиться? Что тогда? – спросил Кристофер.
– Мастер Клин, я обучила стольких рыцарей, что вам и не сосчитать, – по лицу госпожи Жаклин скользнула мимолетная улыбка. – Все получится. Единственное, что от вас требуется: вы должны отнестись к обучению серьезно.
– И даже к танцам? – обреченно вздохнул Кристофер.
– Им мы уделим особое внимание, – усмехнулась госпожа Жаклин. – Считайте будущий Бал Мастей вашим главным экзаменом. Именно там вы должны будете блистать манерами и красноречием.
– Я думал, это просто веселый праздник… – понизил голос Кристофер.
– Мой дорогой, – вдруг тепло сказала госпожа Жаклин. – Бал Мастей всегда был ареной политических игр. Просто вы были еще слишком малы, чтобы это понять.
– Но мне и сейчас всего пятнадцать лет! – заметил Кристофер.
– К сожалению, вам придется повзрослеть быстрее, чем предполагалось, – проговорила наставница и добавила: – Жду вас в этом кабинете каждый вечер, кроме среды. Будем усиленно заниматься. Как сказали бы другие наставники, тренироваться! А теперь ступайте мастер Клин. И об этом разговоре никому ни слова.
«Секретов все больше… – подумал Кристофер. – Скоро из карманов сыпаться начнут».
– Ах да, мастер Клин, – остановила его госпожа Жаклин, когда он уже готовился покинуть ее кабинет, и указала на чашку чая, к которой он так и не притронулся. – Не забывайте, я на вашей стороне. И никогда не причиню вам зла.
– Благодарю, – смутился он и вышел за дверь.
Коридоры казались бесконечными. Кристофер шел медленно, обдумывая все, что сказала госпожа Жаклин.
И что теперь делать? Как быть? Рассказать обо всем Марте и Гилберту или промолчать – для их же спокойствия? Секреты могут навредить дружбе. После того как Гилберт отчитал его за то, что за все лето не получил от него ни строчки, Кристофер понимал это отчетливо как никогда.
Задумавшись, Кристофер забрел в ту часть замка, где, кажется, прежде не бывал. Он покрутился на месте, пытаясь понять, как здесь оказался. Проведя все лето в Академии, он так и не удосужился как следует ее изучить. А зря!
– Не думаю, что это хорошая идея, Эддрик, – раздался вдруг знакомый голос.
Кристофер метнулся за угол. Послышался скрип двери и чье-то сопение.
– А что ты предлагаешь, Освальд? – просипел господин Эддрик.
Кристофер напряг слух. Если в разговоре будет что-то важное, он сможет передать это Совету и они наконец отстанут от него.
– Вразумить его не получится, но спрятать?.. Это ведь нам под силу! – умоляющим голосом проговорил господин Освальд.
– И куда же мы его денем? – отозвался господин Эддрик.
«Жаль, у меня не такой острый слух, как у Саймона, – подумал Кристофер и тут же разозлился: – Нечего о нем вспоминать! Он ушел, его нет, он больше тебе не друг».
– Я же не прошу вас отвезти его к себе домой и спрятать там за семью заклинаниями! Кто знает, что у Айртона на уме! Но если мои догадки подтвердятся, и он действительно…
– Молчите! – рявкнул господин Эддрик и, кажется, стукнул тростью в пол. – Здесь мы это обсуждать не будем!..
– Хорошо. Однако, если мы будем тянуть и Совет поймет все раньше, – раньше, чем мы убедимся в моей правоте, – он будет в еще большей опасности… – в голосе господина Освальда звучала тревога.
– Мы все в опасности, – отчетливо проговорил господин Эддрик. – Но я уверен, что здесь, под присмотром лучших магов королевства, с ним ничего не случится.
Господин Освальд вздохнул, явно разочарованный ответом.
– Идите, Освальд, и делайте то единственное, что может ему помочь.
– Не понимаю, что вы имеете в виду…
– Будьте ему хорошим наставником.
«Неужели это про меня?» – подумал Кристофер, и сердце его забилось в два раза быстрее.
Он вдруг почувствовал тошноту, да такую сильную, что едва сумел добраться до лестницы и сполз по ней вниз. Оказавшись в холле Академии, Кристофер бросился на улицу, надеясь, что свежий воздух поможет ему прийти в себя.
– Кристофер, с тобой все в порядке? – спросила какая-то девочка, которую Кристофер видел впервые в жизни. – Ты весь зеленый!
– Кто ты? Откуда меня знаешь? – с трудом проговорил он.
– Тебя все знают! – рассмеялась она.
У Кристофера заложило уши. Он сжал голову руками, стиснул зубы. Грудь сдавило. Он не мог ни думать, ни говорить. Ноги сами понесли его к лекарю.
Через полчаса ему стало намного лучше: желудок очистился, господин Бартоломей положил ему на лоб холодный компресс и велел лежать.
