– На самом деле я много чего интересного нашел, но только не того, что нужно, – проговорил он, с трудом сдерживая зевок. – Вот, например, известно ли тебе, в каком году Пиковый и Трефовый короли создали «Шепот ветра»? А я вот теперь знаю – в тот год, когда время перевели со старого на новое… Но в каком именно году, так и не указали.
– Кристофер, нам завтра рано вставать! Идем уже… – взмолился Гилберт.
– А знаешь ли ты, что им за это пожаловали титулы? – не унимался Кристофер.
Почему-то ему очень хотелось задержать Гилберта в библиотеке.
– Не знаю и знать не хочу, – отрезал Гилберт.
– Не расстраивайся, я тебе сейчас расскажу, – сказал Кристофер. – Пиковый король стал герцогом Виноградных листьев, а Трефовый – графом черного Клевера.
– Ты же это выдумал, да? – поморщился Гилберт, но невольно потянулся к книге, которую читал Кристофер. – Что за странные названия? Хм-м-м, смотрите-ка, не выдумал…
– Вечно ты мне не веришь, – фыркнул Кристофер.
Его веки вновь начали тяжелеть. Ему стало так уютно, так спокойно… Ему привиделись очертания больших песочных часов, но вдруг…
– Все! – Гилберт захлопнул фолиант. В тишине библиотеки этот прозвучало как выстрел из пушки.
Кристофер подскочил на месте.
– Ничего не поделаешь, похоже, эта твоя Ванесса не хочет, чтобы ее нашли.
– Не хочет, чтобы ее нашли… – повторил Кристофер и уставился на Гилберта.
Песочные часы!
– Гил, у тебя ловец с собой? – спросил он, вскакивая.
– Ну… да, – растерянно ответил тот. – А что?
– Давай сюда. Есть идея. Мы столько времени ищем, но ничего не находим. Может быть, все дело действительно в том, что кто-то очень не хотел, чтобы его нашли?
Он многозначительно посмотрел на Гилберта.
– Хочешь сказать, что до сих пор никому не пришло в голову проверить библиотеку? – скептически посмотрел на него Гилберт, но все же протянул ему свои песочные часы.
– Зачем кому-то проверять книги, посвященные Пиковому Дому? – спросил Кристофер, подходя к шкафу. – За все время, что мы с тобой торчим в библиотеке, в эту ее часть почти никто не заглядывал.
Он провел часами перед нижней полкой.
Гилберт с сомнением покачал головой, но все-таки подошел к нему и стал наблюдать за его действиями.
– Дело кончится тем, что ты найдешь чью-нибудь чепуху вроде чьей-то любовной записки. Только зря потратишь мою попытку!.. А почему, кстати, ты своими часами не воспользуешься?
– Ты же знаешь почему, – фыркнул Кристофер. – Свои я отдал Марте. Она сказала, что не переживет, если ей придется показывать магистру Асе ту дурацкую ракушку. Тем более, когда она ее нашла, я был рядом, а значит, я тоже ее нашел, и…
Гилберт хмыкнул.
– Это она тебе так сказала? Крис, нельзя же быть таким наивным!
Кристофер и Гилберт замерли.
Песчинки в нижней части часов стали медленно подниматься вверх…
Кристофер затаил дыхание. Он потянул на себя корешок книги, которая была прямо перед ним, – жизнеописание Айртона Гарольда, деда Пикового короля, – и услышал знакомый хруст. Часы разбились.
Не чувствуя под собой ног, он вернулся с книгой к столу и раскрыл ее.
– Что там, что там? – нетерпеливо спрашивал Гилберт, заглядывая ему через плечо.
В толще страниц было вырезано углубление. В нем лежала шкатулка размером с ладонь, из темного дерева, украшенная серебряными узорами. Сплетаясь, они были похожи и на масть Дома Пик, и на розы одновременно. Кристофер открыл ее.
– Неужели нашли?.. – срывающимся голосом спросил Гилберт, когда Кристофер вынул из шкатулки свернутые в трубочку пожелтевшие страницы и осторожно расправил их.
В руках у него оказалась самодельная тетрадь, прошитая черными и красными нитками. Сердце Кристофера колотилось как бешеное, еще немного – и выпрыгнет из груди.
– Кажется, здесь хранятся все ответы.
Хрустя корешками и теряя страницы, книги полетели в разные стороны. За ними последовали свитки, перья, чернильницы… Разноцветные чернила ручейками растекались по полу, собираясь в лужицы, смешиваясь… Но Кристоферу, который дрожал от ярости, было не до того, чтобы любоваться новыми оттенками.
Выхватив меч из ножен, он обрушил его на крышку сундука. Лезвие вошло в дерево, да так глубоко, что вытащить его обратно удалось не сразу. В комнате, о которой и так нельзя было сказать, что в ней царит порядок, теперь творился настоящий хаос.
– М-мастер К-Клин… – осторожно подал голос Олли, когда латунный подсвечник ударился о стену. – Что с вами?
Кристофер не ответил, озираясь по сторонам в поисках того, что еще можно было бы сломать.
– Если у вас приступ буйства, так я лекаря могу позвать, – добавил Подкроватный. – Вы только кровать не трогайте.
– Олли, помолчи! – рявкнул Кристофер, а затем, как ребенок, которому не дают то, чего ему хочется прямо сейчас, затопал ногами и завопил:
– А-а-а-а!..
– Все, я зову господина Бартоломея! – встревоженно пропыхтел Олли, под кроватью послышалось шарканье. – Этого нам еще не хватало…
– Только попробуй, – неожиданно успокоившись, сказал Кристофер. – Тут же отправишься к лекарю и будешь жить под больничной кроватью.
Олли помолчал, потом вздохнул.
