– Нет, – рассеянно ответил Гилберт. – Но эти зайцы, кажется, ему уже по ночам в кошмарах снятся. Недавно написали ему, что если он не согласится на их условия, то все они уйдут в Темный лес и за защиту станут платить Лешему!
– Зайцы-шубочники? Я думала, они приходили в Академию торговать мехом… – удивилась Марта. – Какая защита им понадобилась? От кого?
– Если бы я знал, – вздохнул Гилберт. – Но дедушка мне больше ничего не рассказывал.
Сначала Кристофер слушал внимательно, но, услышав, что речь идет о зайцах-шубочниках, отвлекся. Мысли его вернулись к письмам, найденным в шкатулке, Пиковому королю и его собственным проблемам.
– …Крис! – Марта тряхнула его за плечо. – Нам пора! Сегодня госпожа Жаклин заставит танцевать куранту, пока мы ноги не сотрем.
– Тем более не вижу причины торопиться, – пробурчал Кристофер, но все-таки встал и поплелся за друзьями.
– Я не буду развешивать эти чудовищные изображения! – гремел на весь коридор голос госпожи Жаклин.
Кристофер, который провел с ней уже немало времени, понимал, что она едва сдерживается. Ее шляпа, похожая на медный таз, в котором летом варят варенье, и разрисованная уродливыми шипастыми цветами, блестела так же яростно, как ее глаза.
Вокруг наставницы и испуганного господина Годфри, на которого та обрушила свой гнев, столпились привлеченные шумом оруженосцы. До слуха Кристофера, Марты и Гилберта донеслось:
– Отправьте лучше это Бертрану, пусть полюбуется на сына, – в сердцах сказала госпожа Жаклин. – Но в моем классе этого не будет! Более того, я считаю это глупой и совершенно бесполезной затеей…
Заметив, что их окружает не меньше двух десятков внимательных зрителей, она сверкнула глазами и сердито огляделась.
– Жаклин, прошу вас! – взмолился господин Годфри. – Ну что мне делать?! Это ведь приказ короля!
Госпожа Жаклин, с трудом сохраняя остатки спокойствия, знаком велела оруженосцам проходить в зал для занятий, и все они тут же беспрекословно повиновались. Никому не хотелось попасть ей под горячую руку.
Но Кристофер упрямо продолжал стоять на месте.
– Мастер Клин, – обратилась к нему госпожа Жаклин голосом, не предвещавшим ничего хорошего. – Вы заставляете ваших друзей ждать. Это совершенно неприемлемо с точки зрения этикета.
Марта и Гилберт, топтавшиеся в дверях, тут же скрылись.
– Госпожа Жаклин, вы упомянули господина Бертрана? – заговорил Кристофер, чувствуя, как в груди поднимается горячая волна. – Это об отце Саймона? Неужели есть какие-то новости?
Господин Годфри посмотрел на Кристофера так, будто хотел испепелить его взглядом. Он уже собирался разразиться возмущенной тирадой, но госпожа Жаклин остановила его.
– Ступайте, – твердо сказала она, указывая на стопку объявлений, которую главный библиотекарь держал обеими руками. – И заберите это с собой.
Кристофер попытался разглядеть, что написано на верхнем листке, но не успел: господин Годфри что-то возмущенно пробормотал, резко развернулся и пошел прочь, недовольно стуча каблуками.
– Госпожа Жаклин, – Кристофер вновь обратился к наставнице, которая комкала в руке лист бумаги. – Прошу вас, скажите мне, я должен знать…
– Все, что вы должны, – ответила она, – так это танцевать куранту, как подобает воспитаннику Академии, а не так, будто вас обучал Леший в Темном лесу.
Кристофер давно подозревал, что танцы – не то, в чем ему суждено добиться успеха, но сегодня он превзошел самого себя: четыре раза подряд наступил Марте на ногу, и она заявила, что никогда больше не станет с ним танцевать.
Как ни странно, госпожа Жаклин не сделала ему ни единого замечания. На протяжении всего урока она была погружена в свои мысли, которые – Кристофер в этом не сомневался – имели самое прямое отношение к стычке с господином Годфри.
Протрубил горн, возвещавший об окончании занятий, и госпожа Жаклин вздрогнула. Сложив руки на груди, она окинула оруженосцев таким взглядом, будто только что их увидела, и рассеянно проговорила:
– Да, да… просто замечательно. Уверена, в этом году вы будете блистать на балу, – услышать от нее нечто подобное было настолько неожиданно, что все начали с недоумением переглядываться.
– Поспешите, иначе опоздаете на следующее занятие, – продолжила госпожа Жаклин.
Затем вздохнула и добавила:
– Мастер Клин, леди Марта, а вас я попрошу остаться. Мне нужно с вами поговорить.
Гилберт нахмурился.
– А как же я? – спросил он, проявляя, неслыханную дерзость, однако госпожа Жаклин и тут не разозлилась.
– Мастер Батт, вас ждет господин Эддрик, – только и сказала она.
Бросив встревоженный взгляд на друзей, Гилберт поплелся к дверям.
Дождавшись, когда он уйдет, госпожа Жаклин повела Марту и Кристофера в свой кабинет.
Там она усадила их за стол, на котором вновь появились вазочка с бурлящим янтарным медом и чайник. Дрожащими руками она расставила чашки и наконец уселась в кресло.
– Леди Марта, прошу, налейте нам чаю, – распорядилась она.
