– Все правильно, – кивнула Карамелька. – Мы с моим младшим братом Пухом давно держим этот магазин. Но я не люблю внимания к своей особе. Поэтому меня и тех, кто со мной работает, могут видеть только маленькие дети. На них мои заклинания не действуют.
– Значит, я и правда видела разноцветных мышек, жонглирующих орешками в глазури?! – воскликнула Марта. – Мне тогда было года три, и никто мне не поверил…
– Почему же мы вас сейчас видим? – удивился Кристофер. – Нам же не три года! И почему Робб вас не увидел? В конце концов, это он играл на балу в Виста, а не мы с Мартой.
– Схвативший меня господин давно повзрослел, в отличие от вас. И дело тут не в возрасте, а точнее не в цифрах… Просто внутри господина все давно покрылось коркой льда. Для таких мы выглядим, как обычные сладости, – сказала Карамелька. – Но мы действительно можем прикидываться конфетами – для маскировки! – тут она поспешила добавить: – Но не волнуйтесь, те мышки, что продаются в магазине, и в самом деле всего лишь сладости.
– Ну, вот мы во всем и разобрались, – фыркнул Пухляш. – Но нам еще надо выяснить, куда девались мятные конфеты!
– Да, точно! – спохватилась Карамелька. – Что ж, нам пора! Будете в столице, обязательно заходите в гости!
Марта улыбнулась и кивнула.
– Мы можем что-нибудь еще для вас сделать? – спросила она.
– Да. Позвольте нам наконец заняться нашими делами, – ворчливо ответил Пухляш. – В конце концов, мы лучшие поставщики сладостей, мы не можем отвлекаться на пустую болтовню!
Схватив Карамельку за лапку, он потянул ее за собой, так что она едва успела помахать им напоследок.
– Да нет ее здесь, не переживай, – сказал Кристофер, пытаясь найти наставницу в толпе танцующих. – Если будем передвигаться короткими перебежками, сможем улизнуть, не попавшись госпоже Жаклин на глаза.
– Ну, не знаю, – вздохнула Марта. – Ты уверен, что торчать у окна – хорошая идея?
– Лучшая стратегия – прятаться на самом видном месте, – ответил Кристофер. – И вообще, из-за этих мышей мы так и не выпили грога. Стой здесь, я скоро вернусь.
– Я сбегу, только если увижу ее, – сказала Марта, поправляя маску, которая все время норовила съехать.
Кристофер бросился к столу с напитками. «Интересно, могут ли Марту отчислить за то, что она сделала с шляпами? – подумал он. – И, что гораздо важнее, не значит ли то, что с ней случилось, что ее магические силы тоже выходят из-под контроля?»
Грог шипел и пенился, как будто в чашах был не праздничный напиток, а вода из Кипящего моря. Кристофер схватил два бокала за тонкие стеклянные ножки и вдруг услышал обрывок чужого разговора:
– …и что теперь? Придется выбирать? Мне это совсем не по душе, – говорила дама в пышном платье кораллового цвета. Ее лицо скрывала бежевая маска, на которой сверкали «слезы» из драгоценных камней. – С чего бы мне поддерживать короля Томаса, когда половина моих земель отошла в его владение сразу после коронации?
– Ах, что ты! Тише… Тебя ведь могут услышать, – ее собеседница, грузная дама в черном, понизила голос.
Кристофер напряг слух, чтобы ничего не упустить, как вдруг над его ухом раздался знакомый голос:
– Скажите, мастер Клин, правильно ли я понимаю, что совать нос в чужие дела – это ваше любимое занятие?
Кристофер смотрел на девушку в бледно-желтом платье с узором из кроваво-красных стеклянных бисерин по центру груди и не мог поверить своим глазам. Рука дрогнула, он едва не выронил бокалы, пытаясь поставить их обратно на сахарную поверхность стола.
Два изумрудных глаза словно горели зеленым пламенем и впивались взглядом в его лицо. И даже маска, сделанная из жемчуга и чем-то отдаленно напоминавшая морскую ракушку, не могла скрыть серьезных намерений ее обладательницы.
– Леди Кэт?.. – спросил Кристофер с осторожностью. В надежде увидеть знакомое лицо он обернулся – ведь если леди Катарина каким-то образом оказалась в Академии, значит, и леди Мелайора здесь?..
Он не мог дать надежде, зародившейся в его груди крошечным огоньком, так быстро погаснуть. Он цеплялся взглядом за мелькавшие атласные платья, блестящие маски, знакомые черты лица… Но как бы ни старался, леди Мелайоры не видел.
Тем временем девушка, стоящая перед ним, нетерпеливо стащила маску со своего лица, вырывая его из раздумий. Кристоферу хватило несколько секунд, чтобы осознать, как сильно он сглупил. У девушки напротив были те же черты лица, но, может, грубее, чуть острее. Нос был не вздернутым, как у леди Катарины, а прямым, взгляд – тяжелым, даже усталым. Совсем как у короля Бедивира. Перед ним стояла…
– Леди
Услышав имя младшей дочери Бубнового короля, некоторые стали задерживаться у стола дольше прежнего и нехотя проходить мимо, желая послушать, чем закончится этот разговор.
Кристофер, вспомнив о приличиях, низко поклонился леди Изабель. Выпрямившись, он произнес:
