Кристина не стала напоминать Мартину, что он набросился на нее из-за необоснованной ревности. Кристина все уже обдумала. На этот раз она не собиралась избавляться от ребенка. Кроме того, в ней теплилась тайная надежда, что это — единственная возможность спасти Мартина. Она ухватилась за эту мысль, как утопающий за соломинку.
«Правда, мы не женаты… но давай сделаем так… пусть родится. Но я согласна терпеть всю эту боль, только если ты мне обещаешь, что больше не будешь пить!» — «Конечно, не буду! Этим пьянкам пора положить конец!» Кристина поцеловала Мартина в щеку, и разговор закончился. Впервые за долгое время Кристина чувствовала себя счастливой. Жизнь ее приобрела смысл.
Она ничего не сказала, когда увидела, что он собирается выйти.
Мартин вернулся домой поздно. Он был слегка навеселе. «Не встретил никого из знакомых, — подумала Кристина. — Ладно, так и быть, сегодня я ничего не скажу. Все же день сегодня особенный… Может, и впрямь станет пить меньше».
Беременность Кристины протекала нормально. Она бросила курить и отказывалась от вина, когда на работе отмечали дни рождения. Она никому не сказала, что ждет ребенка, но женщины заметили, что в ней что-то изменилось. Кристина подружилась с экономистом, у которой был маленький ребенок.
На дне рождения старшего бухгалтера Кристина, узнав, что племянница той — детский психиатр, сразу же подсела к ней и стала расспрашивать ее о ее профессии. Незаметно разговор перешел на пьянство. Психиатр жаловалась, что пьянство родителей наносит здоровью ребенка невозместимый ущерб. Большая часть детей с нарушениями психического развития происходит как раз из семей алкоголиков. Женщина-психиатр даже описала некоторых из своих пациентов, рассказала, что за обстановка у них дома. Женщины пожимали плечами и всплескивали руками: «Жуть! Ужасно! И есть же такие мужики! Разве они имеют право быть отцами!»
Этот разговор глубоко задел Кристину. Хотя врачи, наверно, всегда немного преувеличивают. И все же… Но когда Кристина заглянула в популярную медицинскую литературу, она встревожилась уже не на шутку.
Мартин был совершенно пьяный, когда это случилось. Трезвым он вел бы себя более осмотрительно. А вдруг ребенок родится уродом или слабоумным! Бог ты мой, что же будет… Что станет с ее бедным ребенком и с ней самой? И к тому же Мартин несомненно свалит вину на тех несуществующих мужчин, которыми он постоянно упрекает Кристину, ревнуя ее и подозревая в неверности… Себя то он уж, конечно, винить не станет.
Как-то вечером она спросила Мартина: «Твой отец тоже любил выпивать?»
«Насколько мне известно, — ответил Мартин, — в молодости он был порядочным выпивохой. В солидном возрасте пил меньше. А почему ты об этом спрашиваешь?» — «Просто я сейчас подумала о том, что у пьяниц и дети растут пьяницами. По соседству живет одна такая семья. Вдруг пьянство наследственно… Что, если твой ребенок вырастет пьяницей, как ты?» — «Опять ты за свое! Ну какой же я пьяница! Иногда выпиваю немного со знакомыми. Да и то потому, что ты своими глупыми разговорами портишь мне нервы. Что же тут наследственного?»
Кристина не ответила. Ведь Мартин пил уже долгие годы…
