Клара почувствовала, что вот-вот потеряет сознание, но адреналин, словно топливо, впрыскивался в ее кровь. Она пережила похороны сестры, словно в трансе, и совершенно не обращала внимания на пришедших. Теперь, скорчившись на краю стула и вцепившись пальцами в край стола, она так пристально смотрела на фотографию, будто хотела влезть в экран.
Зазвонил телефон.
Громко, пронзительно, настойчиво.
Но Клара слышала только голос, извергающий новые залпы ужаса.
— Там, где ваши полицейские методы дознания не срабатывают, я сам вывожу правду на свет, — сказал убийца, который называл себя Безымянным. — Он кричал, визжал и умолял. Но в конце концов заговорил. В конце говорят все. — В его голосе чувствовались нотки гордости. — Это правда: Инго М. почти все свои жертвы насиловал, мучил и убивал. Он фотографировал похороны и надгробные камни, чтобы позже удовлетворять себя, глядя на снимки. Но с некоторыми своими жертвами… Как бы это выразиться?
Клара заметила, что убийца вовсе не подыскивал слова, а намеренно затягивал рассказ, чтобы помучить ее еще больше.
— В отдельных случаях любовь… превозмогала смерть.
Клара инстинктивно схватила лист бумаги. Ее вырвало. Она с отвращением выбросила ослизлый комок в мусорное ведро.
Телефон все еще звонил, но весь мир для Клары Видалис состоял сейчас из голоса и картинки, которая становилась все четче, яснее. Подсознание Клары уже давно говорило о том, что это. Но сознание из последних сил пыталось скрыть это от нее.
— Он мне рассказал, как это делал. Что мертвые были… какими-то другими. Можно входить в разные места. Они были податливее.
У Клары снова начались рвотные позывы, но наружу ничего не вышло. Ее мозг словно вычистили, желудок превратился в пульсирующую емкость с кислотой, покрасневшие глаза наполнились слезами, но по-прежнему неотрывно смотрели на экран. Она впилась в край стола с такой силой, что ногти угрожали вот-вот сломаться.
— Он убил Клаудию, Клара. Он стоял на похоронах рядом с вами. И он выкопал ее и проделал это с ней опять. Делал это снова и снова.
Клара больше не слышала телефонного звонка. Она смотрела на картинку широко распахнутыми глазами, как на древнее божество, прислушиваясь к демоническому посланию, которое произносил голос за кадром. Оно свалилось на нее, будто проклятие карающего бога. По телу пробегали волны шока, она как будто засыпала на микросекунды и снова просыпалась, умирала и воскресала.
— Снимок, который вы сейчас видите, нашел у него я. И убил его я, а не вы. — Снова садистская пауза. — Вы, Клара, — продолжил голос с внезапной решимостью и твердостью, подводя ее к развязке, — вы не сделали ничего. Все эти годы вы стояли, молились, плакали, сожалели и надеялись — перед пустой могилой.
Пальцы Клары впились в край стола, ногти побелели так же, как лицо.
Теперь она видела фотографию.
Роскошные цветы, венки, которые не соответствовали болезненной реальности, мерзости смерти и разложения. Фразы на лентах: «Мы тебя никогда не забудем… Тебя нам будет не хватать… Ты ушла в лучший мир… Твои родители… Твоя Клара… Дедушка и бабушка…»
Надпись на надгробном камне из Откровения Иоанна: «и живый; и был мертв, и се жив во веки веков».
Клара рассматривала фотографию, теперь уже абсолютно четкую. Как наркоман, она следила за снимком, медленно поднимавшимся от края экрана, и вот на могильном камне показалось имя.
Самым худшим событием в жизни Клары был день, когда она узнала о смерти сестры.
До сегодняшнего дня.
Ей понадобилось двадцать лет, чтобы преодолеть это.
И за две минуты убийца разрушил все.
Голос умолк. Фотография появилась полностью.
И Клара прочитала слова на могильном камне, которые видела до этого не раз и которые выжигали глаза, словно текущая плазма.
Клаудия Видалис
* 18 июня 1982 † 23 октября 1990
Она разжала пальцы и обессиленно сползла на пол.
Телефон все еще звенел.
Комната, в которой она очнулась, была абсолютно белой. Белый пол, белые стены, белые жалюзи, белые простыни. Она сразу поняла, что это больничная палата.
«Почему я здесь?»
Ее взгляд скользнул по белой постели, по аппарату ЭКГ, отображавшему биение ее сердца, по стене до окна, за которым на осеннем ветру качались ветви дуба. Несколько веточек, словно пальцы добродушного великана, тихонько стучали в стекло.
Время около полудня. Что произошло? Вчера вечером она побывала у судмедэкспертов, потом отправилась в свой кабинет, а потом…
Воспоминания ударили с силой кузнечного молота.
Электронное письмо Безымянного.
Фотография Инго М., прикованного к стулу и сожженного.
Снимок надгробного камня с могилы ее сестры.