Клара почувствовала себя выжатой как лимон, словно всю ее энергию, доверие и веру убили одним ударом. Преступник казнил насильника ее сестры. Он отомстил, чего Клара сделать не смогла. Это чудовище, убившее сестру Клары и разрушившее ее жизнь, появилось на миг, чтобы тут же исчезнуть в мире мертвых.
А ее сестра лежала даже не в могиле, перед которой Клара так часто плакала. Она даже не представляла, где теперь труп ее младшей сестры.
Она видела могильный камень. Фотографию убийца, очевидно, обнаружил на жестком диске компьютера Инго М.
Что случилось потом? Неужели она потеряла сознание?
Упала как подкошенная?
Клара была уверена, что в больнице ей вкололи успокоительное, но, несмотря на это, чувствовала себя бодро. Она нажала на красную кнопку у кровати и села.
Вскоре в палату заглянула медсестра.
— Госпожа Видалис, вы уже проснулись?
— Разумеется. — Клара взглянула на ночной столик. — Мне нужно сейчас же позвонить. Где мой мобильный?
— Вчера ночью у вас случилось нарушение кровообращения, вы потеряли сознание на тридцать минут. Потом вас привезли сюда. Вы пришли в себя и вскоре заснули, — сказала светловолосая медсестра, взглянув на часы. — Проспали одиннадцать часов, если быть точной. Вы должны остаться здесь под наблюдением на выходные.
Была суббота, если чувство времени Клару не подводило.
Она подумала о Безымянном, который, очевидно, не станет отдыхать в выходные из-за того, что Клара попала в больницу.
Она спустила ноги с кровати, отключила датчики ЭКГ, встала и покачнулась.
Медсестра подскочила и поддержала ее.
— Ради всего святого, вам нужно остаться здесь! — строго сказала она. — Вам нужно расслабиться.
— В напряжении я чувствую себя лучше, — ответила Клара и огляделась. — Позвоните хотя бы господину Винтерфельду из УУП. Он знает, что я здесь?
— Он уже приезжал сюда, но вы еще спали, — сказала медсестра. — Он был с доктором Фридрихом, тоже из УУП. — Она помолчала. — Посетителей вы принимать можете, но только недолго. Вам нельзя волноваться. Мы же не хотим еще раз потерять сознание, правда?
— Я потеряю сознание, если не поговорю с Винтерфельдом, — отрезала Клара. — Я знаю, вы хотите мне добра, но позвоните, пожалуйста, ему или принесите мой мобильник.
Медсестра вздохнула, подошла к шкафу и вытащила телефон Клары из сумки.
— Вот, — сказала она с упреком. — Позвонить вы можете снаружи, в зоне для посетителей. Я помогу вам.
Винтерфельд провел по волосам рукой и откинулся на спинку стула, что стоял у кровати Клары. Потом огляделся и засопел.
— Здесь нигде нельзя курить, — сказал он. — Будем усматривать в этом кратковременное лечение воздержанием. — Он взглянул на Клару. — Вам лучше?
— Честно? — спросила Клара. — Нет.
Винтерфельд рассказал ей о том, что произошло вчера вечером. Фридрих обнаружил Клару возле письменного стола в луже рвоты. До этого он пытался ей дозвониться, но никто не подошел к телефону. Компьютер был включен, медиаплеер открыт. Фридрих проверил пульс Клары, уложил ее на бок и вызвал «скорую». Потом он и Винтерфельд посмотрели ролик, поэтому знали, что показал убийца Кларе. Они поняли, что Клара в прямом смысле стала жертвой убийцы. Он не выкрал ее и не причинил физической боли. Но он совершил насилие над ее душой.
— Вы знаете, что он рассказал о моей сестре? — спросила Клара. — Что ее якобы больше нет в могиле?
Винтерфельд помолчал, потом вымученно кивнул.
— Дело Инго М. раскручивается по-новому. Если этот человек действительно изнасиловал Безымянного, то так мы сможем выйти на него. — Он потрещал пальцами. — Тогда мы ничего не нашли. Подвальное помещение бункера было уничтожено огнем. Все полыхало до тех пор, пока кислород полностью не выгорел. — Он обеспокоенно потер руки. — Остатки компьютера или жесткого диска, на котором могли быть какие-то фотографии, мы не обнаружили. Возможно, убийца забрал все с собой.
Клара посмотрела в окно на ветви дуба.
«Инго М. Он насиловал детей, девочек и мальчиков. В итоге — их трупы. Классическая теория «резиновой ленты» из патопсихологии, — подумала она. — Если растягивать резиновую ленту слишком сильно, она в конце концов износится и перестанет принимать первоначальный вид. Слабая человеческая душа тоже может вести себя, как резиновая лента. Все начинается довольно безобидно. С секса по телефону и посещения борделей. Но когда-то этого перестает хватать. Тогда начинаются игры садо-мазо, дети, фекальный фетишизм, и когда-то дело доходит до пыток порно, убийства и, наконец, некрофилии — половых контактов с трупами».
Винтерфельд, очевидно, хотел как можно скорее сменить тему, чтобы не слишком волновать Клару, но она не унималась.
— Моя сестра… Ее могила… Я требую, чтобы провели эксгумацию!
Винтерфельд кивнул.
— Это, несомненно, можно сделать. Но вы уверены, что хотите знать результат? Что вы хотите этого на самом деле?
— Я не хочу этого, я должна это сделать.
Она встала и попыталась пройти несколько шагов. Получалось уже лучше, но все равно приходилось за что-то держаться.